У меня есть предположение о том, как среди людей могла развиться игни-магия. Вспомните горных некшапов, ведь они согревают себя изнутри. Делают это, очевидно, чтобы не замёрзнуть в лютый холод. Что, если древние люди или лишь некоторые из них были вынуждены жить в таких же условиях. Если я прав, то те люди, которые лучше владели игни-магией могли согреваться, следовательно продолжать род. Но вопрос о самом зарождении маги остаётся открытым. Да и вообще должно это было происходить ещё до того, как люди научились разводить огонь подручными средствами.
Быть может зачатки всех видов магии оказались заложены в самое первое существо кем-либо из пантеона богов? – Возможно, но доказать это не представляется возможным.
* * * * * * * * * *
– Что-то выяснил? – спросил Олдор, потягиваясь.
Сел рядом с Икатобом, который практически заканчивал разбирать буквы, отпечатавшиеся на второй странице.
– Да! Чё-то есть, а чё с этим делать понятия не имею, – сказал он и захлопнул книгу.
Пламя на его пальцах погасло. Оба опустошённых оказались в сумраке, солнце ведь давно скрылось.
– Так говори, вместе будем думать, – заметно тише произнёс Олдор, он не хотел привлечь чьё-то внимание, особенно ночью.
– Тут написано про какие-то три артефакта, которые помогут выбраться из Цыплятника. Один из них – это какие-то клинья, они очень хорошо спрятаны. А второй это «сгусток-манипулятор» какой-то, его охраняет… кто-то охраняет, это слово не читается. Ещё тут написано про какой-то щит, его можно получить только, если правильно провести ритуал. Это всё, что я смог разобрать.
– Не очень понятно, но спасибо. Значит теперь мы ещё и артефакты искать будет… Ладно можно и отдохнуть, спать будем по очереди, сначала ты.
– Нет, сначала вы, я справлюсь. Правда-правда! – Икатоб очень хотел доказать свою полезность.
Олдор протянул ему топор, а зам полез на ближайшее дерево:
– Я спрячусь наверху и тебе советую.
– Ладно. Я пока посижу тута, – ответил он.
Вскоре Олдор заснул на ветках, он так и не дождался, когда Икатоб поднимется на дерево. Сам же мальчишка какое-то время держался, и не спал. Когда его начало клонить в сон, он попытался оторваться от бревна, хотел забраться на дерево. Но желание спать и лень давали на него с такой силой, что он так и остался на бревне. Лёг набок, его зелёные огоньки потухли. Оба опустошённых спали, причём далеко не в самом безопасном и подходящем для этого месте.
Где-то вдалеке, через кусты кто-то пробирался, не особо стараясь соблюдать тишину…
Глава VI. Перемены
Восточная часть Цыплятника. Скалы.
Оба приспешника самого могущественного гнильщика вернулись к узкой извилистой тропе лишь к вечеру. Пришли они практически одновременно, но первый с южной стороны, а второй с северной.






