ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Хельга и Оливер с детства были лучшими друзьями, а потом, повзрослев, вместе занимались паркуром и работали в небольшом итальянском ресторанчике. Жизнь всегда сводила их вместе, но не в этот раз. Ново... Прыгай Редгрейн Лебовски © Редгрейн Лебовски, текст, 2020 © Татьяна Тян, иллюстрации 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 * * * Все осталось так, как она помнила. Много лет здесь был ее второй дом, куда она спешила при первой же возможности. Вот светильник с потертым тусклым плафоном. Несколько выцветших картин на желтоватых от времени стенах. И восхитительный запах свежей сдобы доносится из открытых окон пекарни, расположенной во внутреннем дворе. Держась за перила, Хельга всматривалась в лестничную площадку, к которой вели двенадцать ступенек. Что ж, подъем будет долгим, так что лучше начать прямо сейчас. А ведь еще недавно она могла взбежать туда без особых усилий. Хельга не забыла, каково это – наперегонки с Оливером взлететь по лестнице, вихрем ворваться в его квартиру, в глубине души подозревая: он снова позволил ей выиграть. Голос из воспоминаний позвал ее, безмолвным эхом отразившись от стен. Хельга замерла. Легкие горели, сердце отчаянно колотилось в груди, к горлу подступила тошнота. Ничего. Она справится. Это только лестница, проклятая лестница, по которой приходится подниматься с таким трудом. Стиснув зубы, Хельга продолжила путь. К счастью, она до сих пор никого не встретила. Соседи Оливера вряд ли могли ожидать, что она вернется после всего случившегося, да еще и одна. Кто-то из особо сердобольных мог и вовсе позвонить к ней домой, поинтересоваться, известно ли родителям или Матиасу о местонахождении Хельги. Ох, Матиас будет просто вне себя, когда узнает! Ну и черт с ним. Хельга должна сделать это, прежде чем кто-то заселится в опустевшую квартиру. Новые жильцы явно не обрадуются, если она попытается пробраться туда посреди ночи, – тогда уж точно проблем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Серьезные ставки, – кивнул тот. – Но ты еще не выиграла.

И он пулей сорвался с места.

– Имей в виду, что я ничего такого не обещал. – И Оливер бросился вдогонку.

– А ты все еще здесь. – Ян перевел взгляд на Хельгу.

– Даю немного форы, иначе мой брат снова раскиснет как девчонка, – улыбнулась она и спустя несколько мгновений понеслась вперед.

Матиас был скучным соперником: бегал он, честно говоря, так себе, его могла бы обогнать даже десятилетка. Наверное, поэтому он и настаивал на частых тренировках, надеясь подтянуть не только уровень команды, но и свой. Зато в силовых трюках он был незаменим, как и Ян.

– Только не реви, – язвительно бросила Хельга, пролетев мимо брата.

Впереди остался только Оливер, опережающий Матиаса на добрых двадцать метров. Ну что ж…

Шумно дыша, Хельга ускорила темп. Скорость пьянила, все тело наполнилось энергией, силой, жизнью. Внезапно ей захотелось смеяться – какое счастье делать то, что любишь! Во время бега Хельга становилась штормовым ветром: неуловимая и такая настоящая.

– Встретимся на мосту! – бросила она Оливеру.

Тук. Назойливое покалывание в руке вернулось. Грудь сжало так, что перехватило дыхание. Тук. Хельга разогналась настолько, что уже не могла остановиться. Тук. Перед глазами заплясали черные точки. Тук. Земля ушла из-под ног. Тук. В груди словно что-то взорвалось и разлетелось на тысячи осколков, которые дикой болью пронзили каждый орган. Тук. Крик застрял в горле. Тук. От удара о брусчатку выбило дух. Тук.

«Почему ты так любишь бегать?»

– как-то спросила ее мама, когда Хельга на рассвете собиралась на пробежку.

Тук.

«Потому что в эти моменты я лечу. И я свободна»

.

Тук.

Мама перевернула страницу, открыла раздел финансовых новостей и, не отрываясь от чтения, сказала:

– Даже не надейся. Ты останешься здесь, пока доктор Новотный не закончит обследование и не поставит точный диагноз.

– Но со мной все в порядке! – в сотый раз повторила Хельга.

Она бы многое отдала за возвращение домой. Все в больнице было невыносимым: белоснежная палата навевала тоску, персонал относился к ней чересчур сочувственно, еда оставляла желать лучшего, а от стойкого медикаментозного запаха все время крутило в носу.

– Не сомневаюсь, – согласилась мама, но по тону было ясно: спорить бесполезно.

Нахохлившись, Хельга отвернулась и уставилась в окно. Она торчала здесь уже третий день, и никто не спешил объяснять, что с ней. Врачи приходили, приглашали ее в кабинеты, напичканные медицинским оборудованием, чтобы провести очередное исследование, а потом – тишина.

Хотя доктора согласились с тем, что боль в груди, усталость и обморок могли быть вызваны общим недомоганием, они отказались отпустить Хельгу домой. Никто не слушал уверения, что она чувствует себя лучше.