ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда случается так, что интеллигент, в жизни не державший в руках ничего опаснее ручки, берёт в эти руки оружие. (Боковое ответвление «Лекаря») Перекрёсток Иван Владимирович Булавин Пролог Илья Стрельцов, двадцативосьмилетний учёный-этнограф, кандидат наук и преподаватель в университете, бежал по улице, развивая скорость, достойную олимпийских чемпионов. Он не был спортсменом, вообще никогда не любил физкультуру, тело его было развито так, как и положено человеку, всю жизнь проведшему за письменным столом. Так уж получилось, что одни накачивают мускулы, а другие — мозги. Илья относился ко вторым. Но также верно и то, что в экстремальных условиях человек способен на многое, например, бежать очень быстро, когда на пятки ему наступает смерть. Все, кто был с ним, уже убиты и растерзаны, остался только он. У него есть призрачный шанс успеть к переходу, но для этого нужно бежать очень быстро. Тем более, что уже начинает темнеть, а в темноте число преследователей увеличится в несколько раз. Он уже задыхался, боль в раненой ноге усиливалась, повязка наложенная покойным товарищем, сползла, рана открылась, и кровь ручейками стекала вниз, пропитывая штанину и матерчатый кроссовок. На квадратных каменных плитах, которыми здесь были вымощены все улицы, оставались кровавые следы, которые отмечали весь его путь. Его это нимало не беспокоило. Во-первых, времени путать следы у него, всё равно, не было, а во-вторых, тем, кто его преследовал, следы ни к чему. Твари найдут кого угодно по одному только запаху ботинок. А это были именно твари, не животные, не хищники, а чёртовы монстры. Биолог Пашка Старостин, погибший на третий день экспедиции, утверждал, что таких животных просто не может быть, либо эволюция завернула не туда уже в момент выхода на сушу рыб, что маловероятно, либо все они созданы искусственно, методами генной инженерии. Уже показался за поворотом приметный столб, котор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Коньяк и виски, подаренные студентами, просто складывал в шкаф, намереваясь потом подарить друзьям.

Под окнами было тихо. В пору каникул просто некому было шуметь, потенциальные дебоширы из студентов разъехались по домам. А Илья всё смотрел. Смотрел, как солнце медленно опускается за край земли. Он вспоминал то, другое солнце, солнце чужого мира, который был так жесток с непрошеными гостями. А ведь его ожидания оправдались, жизнь действительно разделена для него на «до» и «после», только вышло всё иначе, не так, как он ожидал. Тоска грызла его изнутри, а чувство вины за то, что не умер рядом с Ефимом, не давало уснуть по ночам. Нет, умом он понимал, что так было лучше, но чувства, которых нет у большинства людей, не давали ему покоя.

Коньяк медленно налился в стеклянную кружку. Никакой специальной посуды для алкоголя он никогда не имел. Ароматная жидкость обожгла горло, а отправившийся следом кусочек яблока немного смягчил жжение. А через неделю туда пойдёт спецназ. Сильные люди, профессионально умеющие убивать, увешанные оружием и закованные в броню. Мартышкам не позавидуешь. И бесполезно уже спрашивать, что мешало отправить спецназ до, или вместе с учёными. Илья попытался представить себя с оружием, хотя бы с пистолетом. Получилось, вот он, вот мартышка тянет к нему когтистые лапы, он жмёт спуск, в покатом шерстяном лбу появляется маленькая дырочка, а в затылке большая, тварь падает и больше не встаёт. Никогда. Видение было заманчивым.

Следующая порция коньяка провалилась в организм. Бутылка ноль семь подходила к концу. Дальнейший поток путаных мыслей был прерван приступом тошноты. Обычное дело, выпил больше, чем мог, но меньше, чем хотел. Недоперепил, в общем.

На нетвёрдых ногах он успел доковылять до туалета, где его организм изверг дорогостоящую отраву в фаянсовый унитаз. Ещё немного посидев на корточках, он в два движения умылся и пошёл обратно. Как ни странно, ему полегчало. Словно, выблевав коньяк и фрукты, он вместе с ними избавился и от негатива. По крайней мере, сегодня он заснёт спокойно. Должен заснуть.

Рука потянулась к выключателю, он как раз раздумывал, как ему в темноте дойти на другой конец комнаты и упасть, не промахнувшись мимо кровати. Но, стоило ему щёлкнуть выключателем, как засветился экран телефона, а через пару секунд раздался треск виброзвонка. Культурно выругавшись, Илья поднёс к глазам пластиковую пластину, номер был незнаком.

— Алло, — пьяным голосом произнёс он, нажав на приём.

— Илья Юрьевич? Доброй ночи, извините, что так поздно, надеюсь, не разбудил вас. Это Колесов, помните меня? Майор Колесов.

— Да, помню, доброй ночи, нет, не разбудили, я вообще сплю плохо, снотворное не помогает.