ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда случается так, что интеллигент, в жизни не державший в руках ничего опаснее ручки, берёт в эти руки оружие. (Боковое ответвление «Лекаря») Перекрёсток Иван Владимирович Булавин Пролог Илья Стрельцов, двадцативосьмилетний учёный-этнограф, кандидат наук и преподаватель в университете, бежал по улице, развивая скорость, достойную олимпийских чемпионов. Он не был спортсменом, вообще никогда не любил физкультуру, тело его было развито так, как и положено человеку, всю жизнь проведшему за письменным столом. Так уж получилось, что одни накачивают мускулы, а другие — мозги. Илья относился ко вторым. Но также верно и то, что в экстремальных условиях человек способен на многое, например, бежать очень быстро, когда на пятки ему наступает смерть. Все, кто был с ним, уже убиты и растерзаны, остался только он. У него есть призрачный шанс успеть к переходу, но для этого нужно бежать очень быстро. Тем более, что уже начинает темнеть, а в темноте число преследователей увеличится в несколько раз. Он уже задыхался, боль в раненой ноге усиливалась, повязка наложенная покойным товарищем, сползла, рана открылась, и кровь ручейками стекала вниз, пропитывая штанину и матерчатый кроссовок. На квадратных каменных плитах, которыми здесь были вымощены все улицы, оставались кровавые следы, которые отмечали весь его путь. Его это нимало не беспокоило. Во-первых, времени путать следы у него, всё равно, не было, а во-вторых, тем, кто его преследовал, следы ни к чему. Твари найдут кого угодно по одному только запаху ботинок. А это были именно твари, не животные, не хищники, а чёртовы монстры. Биолог Пашка Старостин, погибший на третий день экспедиции, утверждал, что таких животных просто не может быть, либо эволюция завернула не туда уже в момент выхода на сушу рыб, что маловероятно, либо все они созданы искусственно, методами генной инженерии. Уже показался за поворотом приметный столб, котор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Что-то ещё интересно?

— Да, думаю, что всё, а есть что-то ещё интересное?

— Да, — а следующую фразу Илья произнёс на автомате, речевой аппарат выдал то, что вертелось в мозгу, — разрешите мне пойти с вами?

Командир спецназа удивлённо вскинул брови, а Колесов мягко начал объяснять:

— Илья Юрьевич, вы ведь были там и знаете, что вас ждёт, зачем вам это? В группе будут специально подготовленные люди с оружием, вы ведь будете для них обузой, у нас есть ещё кое-какая работа для учёного в том мире, но мы её перенесём на более поздний срок, когда там всё будет зачищено.

— Товарищ майор, — командир спецназа, поднял руку, чтобы остановить поток красноречия, — позвольте мне решать, кого включать в состав группы.

— Да ради бога, — фыркнул Колесов и вышел.

Командир встал, подошёл к Илье и, панибратски хлопнув его по спине твёрдой, как дерево ладонью, сказал:

— Пойдём, профэссор, потрещим за жизнь.

Они прошли в кабинет, находящийся в соседнем здании, где командир, нимало не смущаясь, разделся и полез в душ, находившийся за небольшой стеклянной дверью. Уже оттуда, сквозь шум воды, он заговорил:

— Меня Кнут зовут, будем знакомы.

— А по имени? — Илья, будучи человеком интеллигентным, порой даже слишком, отнюдь не привык пользоваться прозвищами.

— Понимаешь, Профессор, специфика нашей работы такова, что говорить направо и налево имя и отчество категорически не рекомендуется. Кроме того, это элементарно неудобно. Да и как ты себе это представляешь? Александр Петрович, снимите пожалуйста вон того хмыря с пулемётом, а то он мне обе ноги прострелил. Нет, боевая обстановка требует простых и понятных наименований, вот и используем погоняла, которые люди военные из вежливости называют позывными. В армии служил?

— Нет.

— Причина?

— Позвоночник, сердце, небольшое плоскостопие. Ограниченно годен.

— Ясно, не здоров, но, в принципе, не помрёшь, оружием пользовался?

— Нет.

— Что хотел бы освоить?

Илья задумался.

— Дробовик. Можно?

— Нужно, тебе вряд ли что-то другое подойдёт. Физподготовка никакая, но это только в процессе исправлять.

Кнут вышел из душевой кабинки, обмотав бёдра полотенцем, и взял со стола телефон:

— Палач? Подойди ко мне, есть работа. А мне насрать, чем ты там занят, потом дрочить будешь, всё бросил и пришёл! — в обращении с личным составом царили полный порядок и взаимопонимание.

Минут через пять на пороге возник тот бородатый здоровяк из спортзала, теперь уже одетый в камуфляж, весил он, наверное, килограмм сто пятьдесят, а ростом был хорошо за два метра. Илья на его фоне просто терялся. Громким, словно из бочки, басом он обратился к начальнику:

— В чём дело?

— Так вот, Профессор, этот большой дядька, зовут его Палач, — это наш пулемётчик, ну и, в некоторых случаях, дознаватель.