Её провели по нескольким коридорам, лестницам и переходам, пока они не оказались у массивной деревянной двери, окованной металлическими пластинами. Только здесь она окончательно осознала, что это не кошмар, что это на самом деле, и что было сил забилась в руках конвоиров. Это, впрочем, не произвело на них какого-либо впечатления — они силком затащили её в крохотную каморку, единственным содержанием которой была скамейка у стены и кольцо, вмурованное в стену, к которому её и приковали.
Здесь Мари провела несколько самых ужасных часов в своей жизни. Под скамейкой нашлось деревянное ведро, в котором плескалась вода. Из него слегка попахивало туалетом. Через какое-то время её пришлось им воспользоваться, хотя сделать это оказалось очень неудобно. Она слышала, как несколько раз мимо камеры проходили конвоиры. Вместе с другими арестованными. Чаще всего те громко возмущались и требовали их немедленно отпустить. Некоторые — умоляли о том же, утверждая, что ни в чём не виноваты. Многие голоса казались ей смутно знакомыми, но она сейчас не была в состоянии их различить.
Шли часы, ничего не менялось. Несмотря на предупреждение, её пока так и не вызвали на допрос. Мари всё-таки смогла собраться и взять себя в руки — настоящей аристократке нельзя вести себя как перепуганной до смерти простолюдинке. Она даже начала продумывать возможные ответы на вопросы, которые ей могут задать на допросе и в суде. По всему выходило, что ничего серьёзного у их противников не могло быть. Все договоренности, как того требовали традиции, проводились так, чтобы невозможно было в точности определить о чём идёт речь. Переговоры велись полунамёками, никаких реальных доказательств также появиться не могло — враги поспешили и арестовали заговорщиков на стадии первоначального планирования. Это позволяло надеяться, что…
Додумать Мари не успела. Шаги конвоиров остановились прямо около её двери, и загремел металл открывающегося засова. Их встретил не испуганный взгляд молодой девчонки, а взор настоящей аристократки в двадцатом поколении, которую не сломить подобным обращением… Ну, она так надеялась.
Как оказалось, её вели вовсе не на допрос, а прямо на заседание суда. Свет снова больно ударил по глазам Мари, заставив опустить глаза и прищуриться. В зале было не так светло как на улице, поэтому уже через несколько секунд, она смогла немного оглядеться. Помещение суда выглядело необычно. Мари и раньше доводилось слышать сплетни об этих строениях. Их возводили по одному и тому же проекту в каждом более-менее крупном городе. Причём вне зависимости от того, существовал ли суд в поселении раньше или нет. В лучшем случае старые здания использовались как подсобные помещения для строящихся.






