ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герой в данном произведение темный. Непросто жестокий, или наигранно темный — нет, герой темный в том смысле что готов пойти на что угодна ради своей выгоды. Жертвоприношения, захват разумов, убийс... Пекло Константин Викторович Шаров Часть 1. Зарождение Глава 1 Год 6045 от в. г., провинция Арвес, городок Весенние Ручьи. Город пылал. Удушливый дым впитался в каждую пору тела и нитку одежды. И кровь, всюду кровь и израненные тела горожан. В основном — мужчины и старики, те, кто нашел в себе мужество встать на пути врага и хотя бы попытаться защитить свои семьи. Но не это было самое ужасное. Настоящий ужас ждал за выломанными «с мясом» дверями домов, в которых укрылись женщины и дети. Город пылал, но заполнившие его солдаты даже не пытались погасить пламя, наоборот, искорёженные тела людей с улиц заносили в еще целые дома и сами предавали их очистительному огню. За этим зорко следили десятки людей в когда-то серых, а теперь почти черных от копоти, рясах церковных служителей. На центральной площади собралось много народа. Здесь находился штаб второго легиона, бойцы которого первыми добрались до города, хотя и всё равно опоздали. Здесь поставили походный алтарь церковники, сюда сносили тех немногих выживших и раненных каким-то чудом спасшихся от грозного врага. В одной из палат походного лазарета было достаточно многолюдно. На походных лежанках сидели, спали, плакали и стонали десятки молодых девушек и женщин. Среди них ходила одинокая фигура в белоснежной рясе церковного целителя, зачарованной на чистоту, а потому сохранившей свой первозданный цвет. Он переходил от одной женщине к другой, подносил к каждой символ спасителя, сияющий в тени палатки ослепительным светом и находил для каждой несколько слов утешения, но, при этом, в глазах его была только печаль и мука. Наконец целитель вышел наружу и, тяжело вздохнув, подозвал к себе сержанта из охраны лагеря. — Сын мой. В э

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Другой настораживающей особенностью была та спешка, с которой суды возводились. Работа велась одновременно на трёх уровнях — в подвале, снаружи и внутри, не прерываясь ни на минуту даже ночью. Это было явно неспроста. Легко было прийти к логическому выводу, что если что-то строится быстро, значит вскорости в этом будет большая нужда. А когда так строятся суды…

Мари горько усмехнулась, осознав, что удостоилась сомнительной чести одной из первых встать у скамьи подсудимых. Судебный зал имел необычную эллиптическую форму, в одном из фокусов которого на возвышении располагалась кафедра, где сидели судьи, а во втором фокусе находился подсудимый. В геометрическом центре зала находилась массивная бронзовая тумба-жаровня, над которой сплетались языки огня, из-за чего Мари видела судей искажённо — мешали свет пламени и восходящие потоки воздуха.

Ограждение платформы, на которой она встала, было сделано из массивных деревянных брусьев. От них всё ещё пахло древесной стружкой и лаком. Конвоиры даже здесь не удосужились освободить её от кандалов. Напротив — они продели цепь в специальный зажим и зафиксировали. Теперь Мари даже не могла свести руки вместе, только опереться ими в ограждение.

Между тем судьи не собирались ждать, пока подсудимая соблаговолит обратить на них своё внимание. Негромкий голос одного из них, несмотря на приличное расстояние, прозвучал совершенно отчётливо:

— Вы Мари Мерц, единственная дочь барона Фесса Мерца? — Задал судья первый вопрос.

— Да! — Коротко ответила она. Пламя над жаровней при этом приобрело зеленоватый оттенок.

Додумать Мари не успела. Шаги конвоиров остановились прямо около её двери, и загремел металл открывающегося засова. Их встретил не испуганный взгляд молодой девчонки, а взор настоящей аристократки в двадцатом поколении, которую не сломить подобным обращением… Ну, она так надеялась.

Как оказалось, её вели вовсе не на допрос, а прямо на заседание суда. Свет снова больно ударил по глазам Мари, заставив опустить глаза и прищуриться. В зале было не так светло как на улице, поэтому уже через несколько секунд, она смогла немного оглядеться. Помещение суда выглядело необычно. Мари и раньше доводилось слышать сплетни об этих строениях. Их возводили по одному и тому же проекту в каждом более-менее крупном городе. Причём вне зависимости от того, существовал ли суд в поселении раньше или нет. В лучшем случае старые здания использовались как подсобные помещения для строящихся. Другой настораживающей особенностью была та спешка, с которой суды возводились. Работа велась одновременно на трёх уровнях — в подвале, снаружи и внутри, не прерываясь ни на минуту даже ночью. Это было явно неспроста.