ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Средневековье… терпкий глоток изысканного вина, хмельной аромат свежего эля, прекрасные дамы, рыцарские турниры, поединки чести… Нет… озлобленные крестьяне, кровожадные дезертиры, жестокие маги, бе... Алхимик Алекс Каменев © Алекс Каменев, 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 * * * Отравление исключалось. Как и шутки с вывозом в лес. Не школьники уже давно заниматься такой ерундой. Что потом? Выпили, закусили, болтали о том о сем. Затем Димка достал какую-то старинную безделушку. Он любил покупать всякий древний хлам. Вещица напоминала расческу, типа гребенки-заколки, не знаю, как называются штуки, чем девицы расчесывали волосы в стародавние времена. Точно! Я этой хреновиной укололся. Вертел в руках, мысленно удивляясь человеческим привычкам к коллекционированию всякой ерундовины, что вряд ли пригодится в жизни современного человека, а затем на кончике пальца выступила капелька крови. И всё. Дальше как отрезало. Темнота и беспамятство. Очнулся здесь. – Бред какой-то, – вслух пробормотал я. И пораженно замолк. Голос не мой! Какого хрена?! Занятый размышлениями о причинах появления в незнакомом месте, я до этого мгновения ни на что больше не обращал внимания. И только сейчас додумался посмотреть на руки. Не мои! Руки, мать их перемать, не мои! Слишком маленькие. Узкие запястья, вытянутые кисти, тонкие пальцы. ДЕТСКИЕ РУКИ!!! О господи! Я принялся судорожно ощупывать себя и с каждой дальнейшей секундой приходил во все больший ужас. Забыл о боли. Забыл об окружающем лесе. Забыл обо всем. Потому что тело принадлежало не мне. Тело не мое! Как такое может быть? Первая мысль – галлюцинации. Точно, укололся древней железякой, схватил столбняк, привезли в больницу, накачали лекарствами. Теперь лежу под капельницей, ловлю приходы. Или хуже. Подхватил какую-нибудь гадость от долбаной расчески. И тоже сейчас валяюсь в палате под тоннами мощнейших антибиотиков. А вокруг – результат

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Почему не днем? В чем разница? Потому что выкапывать будешь под лучами солнца. Они первыми коснутся костей после сырой могильной земли. А надо, чтобы был свет двух сестер-лун.

И да, в здешнем мире на орбите планеты болтался не один спутник, а сразу два.

Непременное условие для начальной подготовки. Типа в противном случае кости изменят первоначальные свойства.

Каково? Этот гад отправлял подростка на кладбище копать могилы ночью, потому что боялся, что скелет получит дозу ультрафиолета! Совсем с катушек съехал, старый хрен.

Об этом я ему, разумеется, тоже не сказал. Зато наградил красноречивым взглядом. При этом так и хотелось покрутить пальцем у виска и дать совет обратиться за квалифицированной помощью к опытному психиатру.

Алхимик в ответ на меня как-то странно взглянул. Показалось, или в глубине его глаз мелькнула искра удивления? Эри такого себе не позволял. И чего уж греха таить, он и вопросы-то задавал очень редко. И то по большей части касающиеся работы. Ради облегчения оной.

– Сволочь старая, – еще раз ругнулся я, вспомнив изучающий взгляд глубоко запавших глаз.

Чего уж там, испугал он меня в тот момент. Наверное, так ученые смотрят на подопытных кроликов, перед тем как решить, какую очередную гадость им ввести в подбрюшье.

Стоило подумать о кролике, как мысли вновь вернулись к еде. К черту старикана с его закидонами. Сейчас надо думать о жратве. Точнее, о том, как ее приготовить. В качестве трофеев мне достался садок с недавно выловленной рыбой, будет глупо упустить шанс вволю пожрать.

Нечасто, ох нечасто Эри удавалось насытиться вдоволь. Обычно жил впроголодь. Что мальцом в труппе бродячих артистов, что в качестве подмастерья (а правильнее, обычного слуги) у нелюдимого алхимика.

– Так, и как вас готовить прикажете? – я задумчиво уставился в лукошко с вяло трепыхающимися рыбинами.

Рука сама потянулась к затылку в желании помочь простимулировать мыслительный процесс.

Надо понимать, что раньше морскую живность мне приходилось употреблять в совершенно иных видах. Суши, роллы, всякие хондаши с креветками. Заказывать на дом еду далеко не то же самое, что готовить ее самостоятельно. А повар из меня, чего уж скрывать, тот еще. Сделать яичницу, сварить пельмени, тосты с маслом и джемом на завтрак – вполне удавалось. Но ничего более сложного.

– Вроде ее надо выпотрошить? – пробормотал я, не забыв поднять голову и в очередной раз прислушаться к звукам медленно надвигающегося вечера.

Не бегут ли разгневанные деревенские разобраться с обидчиком их ненаглядных чад? Вроде нет. Видимо, пацанва нехило перетрусила и побоялась рассказывать взрослым о стычке. Разве что толстяк мог расколоться, когда увидят его рваное ухо, но и то не факт. Мог что-нибудь наплести, чтобы не выглядеть слабаком.