Олана не сразу нашлась, что сказать отцу, забыла поздороваться, вздохнув и прищурясь, спросила:
— Как охота, отец?
Багыр почмокал губами:
— Э-э! — и махнул рукой, — одна старая белка.
Угрюмо скользнув взглядом по двери, отвернулся, убрал с порога лавку, на которой что-то лежало, укрытое оленьей выделкой.
Никита увидел под шкурой собольи хвосты — черные, белые, серые — пушистые, свисали до пола, искрились, переливаясь, поблескивая… Усмехнулся, вспомнив: «Одна старая белка».
Ему теперь не страшен скользящий туманный взгляд Багыра. Олана ставит в чувал варить мясо. Пусть Багыр стоит спиной все время. Пусть молчит. «Уйди! Ты лишний».
«Уйти? Как бы не так! Багыр сам по себе — Олана сама по себе! Я с ней вместе пришел. К ней пришел».
Олана разговаривала с отцом.
— В тайге бурелом. Нам было не страшно с Никитой.
В этом прозвучало: «Улов будет богатый. Вы можете вместе поставить капканы».
«Нет! Я не уйду. Олана моя!» — обрадовался Никита.
Багыр крякнул:
— Соболь от меня не уйдет… Сетка не пустит! — Ему стало весело, он набил трубку табаком, сморщился, прикуривая, и оглядел Никиту с ног до головы:
— Молодой олень спотыкается, если идет впереди стада.
Никита подумал: «Как бы не так» и, смелея, взял за руку Олану:
— Пойдем! — Рука задрожала, холодная…
— Так невесту берут, когда старшие согласны, — проговорил Багыр и рассмеялся.
Трубка горит хорошо! Дым клубится — вкусный! Заволакивает прищуренные глаза… желтые зубы Багыра. Ох, как смеется Багыр над парнем! Багыру — почет! Багыр умный промысловик. Весь Ивдель знает Багыра. Дочь Олана будет богатой невестой.
Никита обнял Олану за плечо:
— Багыр хочет жениха купить?! Поймать — капканов не хватит!
Олана тихо засмеялась.
Багыр закрыл глаза… Постукивая трубкой о косяк двери… пепел посыпался на унты. Подошел и — ударил Никиту по щеке. Треснул огонь в чувале, задымился. В окне совсем светло и видны черные ветки кедра. Никита побледнел, сжал плечи.
Олана подавила крик, спряталась за спину Никиты. Увидела: схватились за ножи… остановились — испугались оба. Стоят, зло и настороженно смотрят друг другу в глаза. Подергивается скула у Багыра. Горит щека у Никиты — выпрямился. Больно сердцу. Ах!
Перед глазами метель — гудит, бьются снега о кедры, катятся камни, и слышно: «Бан-бам-крык!» Крупные звезды в небе. Это глаза Оланы — печальные. Ночь и юрта. Они стоят с ней — говорят о любви. Багыр встает перед ними — уводит Олану домой. Овраг, где прятались они от метели. Жесткие, колючие ветки боярышника, как взгляд Багыра. Ненавистный, угрюмый взгляд!
Никита бросился вперед — Багыр отскочил в сторону, ударился боком об стену, сжался, поняв, что это серьезно и опасно.
Громко вскрикнула Олана:
— Ой! — Никита остановился.
Багыр медленно стал надвигаться. Усмешка — злая на его лице. Небритый.






