ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать, если ты очнулся после жестокого боя и понимаешь, что не помнишь о себе абсолютно ничего? А что делать, если в скором времени выясняется, что на тебя идёт охота, и одни желают тебе смерт... Ренегат Константин Иванцов © Константин Иванцов, 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 Серия «Современный фантастический боевик» Выпуск 200 Иллюстрация на обложке Айрата Аслямова Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону Он не мог сказать, кто с кем дрался в этом месте, и не помнил, на чьей стороне был он сам. Но это пока было неважно, главным было убраться отсюда всё равно куда, лишь бы подальше. На обочине он снова сел на землю и перевёл дух. Отсюда просматривался поворот дороги и упавшее поперёк неё дерево. Похоже, что один из отрядов спокойно ехал по дороге и попал в засаду. Кто одолел, сказать было трудно, тел в серых и чёрных плащах на земле валялось примерно поровну. Но среди чёрных было больше павших не от меча, а от стрел. Похоже, в засаду угодили именно они. Уцелевший и сам был одет с головы до ног в чёрное, но почему-то без плаща. А вон тот, на краю дороги, пал не от честной стали. Труп обгорел настолько, что нельзя было разглядеть, к какому отряду он принадлежал. Похоже, что среди нападавших или обороняющихся оказался маг, но его быстро вывели из строя, иначе убитых магией было бы больше. Цепляясь за ствол росшего на обочине дерева, человек поднялся. Сделал шаг, другой, убедился, что может держаться на ногах, и побрел в глубь леса, по-прежнему не представляя, куда идёт. Идти было трудно. Земля изобиловала кочками и ямами, из неё торчали кусты и стволы деревьев, под ноги подворачивались коряги, несколько раз он чуть не упал. В глазах потемнело, так что сначала он услышал плеск, и лишь потом увидел, что переходит вброд ручей. Человек повернулся и бездумно побрёл по его руслу. Русло вывело к роднику, бившему

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– И вы, по своему обыкновению, не отказали. Хотя не уверен, что врачебная этика применима в данном случае.

– Дело не во врачебной этике, – твёрдо сказала Элана. – Я ведь, как-никак, обязана ему жизнью. И вы, кстати, тоже.

Джернес промолчал.

– Простите, – сказала Элана, – я помню, что он с вами сделал. Но… Месть ведь ничего не исправит, верно? Даже если назвать её правосудием.

– Добрая вы девушка, Элана, – проворчал Джернес. – Ладно, если он и в самом деле нам поможет… Что у него вышло с Тёмными магами?

– Они попытались его подчинить, но он вырвался. А недавно они снова нашли его и предложили союз.

– С передачей им госпожи Гарсо в качестве жеста доброй воли, – добавил Кондар. В его разговоре с телепатом и дипломатом возникла пауза, и последние слова Эланы были ими услышаны.

– В каком смысле? – осведомился Джернес.

– Они хотят отправить её на алтарь и попросили меня привести её к ним. Думаю, на этом можно сыграть, – ответил Кондар. – Будет законный повод напроситься к ним в гости.

– Ты что же, хочешь использовать Элану в качестве приманки?

– Не её, а кого-нибудь, кто сыграет её роль. Госпожу Гарсо, я думаю, мы в это впутывать не станем. Она не боевой маг, и толку от неё там будет немного.

Говорили, что обычай устраивать маскарады на исходе зимы восходит ещё к языческим традициям – к тем временам, когда праздники имели сакральный смысл, и люди искренне верили, что если солнце как следует не попросить, то оно и на лето не повернёт. Тогда шумные празднования изгнания зимы сопровождались обрядами, во время которых люди надевали личины, чтобы не быть узнанными злыми силами, и разыгрывали священные представления, наивно полагая, что символическая победа над ряженым, изображающим беды прошлого года, действительно поможет оставить все неприятности в уходящей зиме. Потом Новый год во всех странах сместился со дня весеннего равноденствия на самый короткий зимний день, но традиция праздновать уход зимы осталась, а вместе с ней и обыкновение надевать на этот праздник маски. Среди знати и людей состоятельных маскарад стал ещё одним поводом выделиться и показать себя. Хозяева домов соревновались между собой в пышности устраиваемого праздника, а их гости – в богатстве и вычурности нарядов.

Людям попроще обычно приходилось довольствоваться тем, что устраивалось за счёт городской казны, от чего, впрочем, они были не в обиде. Буйная толпа ряженых в масках, чаще всего звериных, заполняла улицы провинциального Квера, надрывались музыканты, везде плясали, пели, играли в разные игры.