ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать, если ты очнулся после жестокого боя и понимаешь, что не помнишь о себе абсолютно ничего? А что делать, если в скором времени выясняется, что на тебя идёт охота, и одни желают тебе смерт... Ренегат Константин Иванцов © Константин Иванцов, 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 Серия «Современный фантастический боевик» Выпуск 200 Иллюстрация на обложке Айрата Аслямова Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону Он не мог сказать, кто с кем дрался в этом месте, и не помнил, на чьей стороне был он сам. Но это пока было неважно, главным было убраться отсюда всё равно куда, лишь бы подальше. На обочине он снова сел на землю и перевёл дух. Отсюда просматривался поворот дороги и упавшее поперёк неё дерево. Похоже, что один из отрядов спокойно ехал по дороге и попал в засаду. Кто одолел, сказать было трудно, тел в серых и чёрных плащах на земле валялось примерно поровну. Но среди чёрных было больше павших не от меча, а от стрел. Похоже, в засаду угодили именно они. Уцелевший и сам был одет с головы до ног в чёрное, но почему-то без плаща. А вон тот, на краю дороги, пал не от честной стали. Труп обгорел настолько, что нельзя было разглядеть, к какому отряду он принадлежал. Похоже, что среди нападавших или обороняющихся оказался маг, но его быстро вывели из строя, иначе убитых магией было бы больше. Цепляясь за ствол росшего на обочине дерева, человек поднялся. Сделал шаг, другой, убедился, что может держаться на ногах, и побрел в глубь леса, по-прежнему не представляя, куда идёт. Идти было трудно. Земля изобиловала кочками и ямами, из неё торчали кусты и стволы деревьев, под ноги подворачивались коряги, несколько раз он чуть не упал. В глазах потемнело, так что сначала он услышал плеск, и лишь потом увидел, что переходит вброд ручей. Человек повернулся и бездумно побрёл по его руслу. Русло вывело к роднику, бившему

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Можно вас попросить? – сказал Лейсон.

– Да?

– У меня нет ни матери, ни жены. Благословите меня вы.

Элана знала про этот мейорсийский обычай – мужчину в дальний путь или на трудное дело должна проводить женщина, причём просить прощального благословения можно и у первой встречной, но она всё равно была польщена и тронута. Вот только формула благословения включала прямое обращение, но при этом не по имени. Как же его назвать? «Мой друг»? Она поднялась, коснулась ладонью его склонённой головы, тихо сказала:

– Да пребудет над тобой длань Богини, брат мой, – и, привстав на цыпочки, поцеловала его в лоб.

– Благодарю, сестрёнка, – так же тихо ответил Лейсон. А потом обнял её и снова поцеловал, на этот раз в щёку. Ну да, это только матери и чужим целуют руки, а родственниц обнимают. Жену он поцеловал бы в губы, а дочь – в лоб…

Тот день выдался солнечным, с крыш падали небольшие лавины из слежавшегося снега и льда, чирикали птицы, на дорогах блестели лужи. Жизнь катилась своим заведённым от века порядком, от прошлого к будущему, унося с собой радости и огорчения, встречи и прощания, и принося взамен новые. Бесконечная вереница событий, из которых и складываются человеческие судьбы.