По подземному залу пронёсся невесть откуда взявшийся ветер – не то последствие распада «узла», не то действие кровавого заклятия. Пол подпрыгнул и накренился… нет, не накренился, а стал вспучиваться, словно грязь, из которой вылезает на поверхность что-то донельзя отвратительное. Полетели вверх камни, и из открывшейся дыры поднялась вытянутая голова, увенчанная четырьмя острыми рогами. Некое подобие дракона, точнее, драконьего скелета выбиралось наружу, только вместо кости у него был блестящий камень. А пол тем временем начал вспучиваться ещё в двух местах.
Пожалуй, назвать этих тварей отвратительными всё же было нельзя. Даже некоторое изящество чувствовалось в сухом, поджаром теле, неторопливо вытягивающимся на поверхность. Но Лейсона всё равно передёрнуло. Это были охотники на магов, он чувствовал, что основной пищей этого создания является не плоть, а пропитанный магией дух, сама внутренняя сущность мага, что, впрочем, не означает, что они пренебрегут обычными людьми. И если эти создания доберутся до него… не останется даже души, которая могла бы отправиться к Богам или куда там положено отправляться душам после гибели телесной оболочки. И от Эланы тоже, прав был этот проклятый и Богами и Безымянным телепат. Этим чудовищам всё равно, где находится учуянная ими жертва, они смогут дотянуться до неё по ментальному следу. Этот Тёмный крупно рисковал, вызывая подобных чудовищ – если он не удержит над ними контроль и не сумеет уничтожить их после выполнения их задачи, они способны опустошить всю округу. Материальная оболочка этим сущностям не очень и нужна, она требуется только сейчас, пока они ещё слабы после рождения, и легче всего им убивать клыками и когтями. А потом они сумеют материализоваться где угодно, или даже вовсе обойтись без материального воплощения.
Но пока твари ещё не вошли в полную силу. И потому покончить с ними нужно здесь и сейчас. Потом это будет в десять раз труднее.
Между тем первый «дракон» полностью выбрался на поверхность. Узкая голова качнулась, тёмные провалы глазниц глянули сначала на телепата, потом на Лейсона. Твари было всё равно, кого жрать, но пока хозяин надёжно контролировал её, и «дракон» повернулся к Лейсону. Тот отступил на шаг, собирая в кулак всю свою силу. Второй «дракон» выбрался уже больше, чем наполовину, третий успел высунуть наружу голову, но сейчас перед Лейсоном был только один противник. И это хорошо – с тремя сразу он бы не справился. Рыжий глубоко вздохнул – и вскинул руки.
Алое свечение окружило тварь, стало жёлтым и спустя секунду превратилось в белое. Страшной силы жар коснулся камня, жар, выжигающий не только материю, но и то, что наполняло её, заставляя жить и двигаться. Но тварь сопротивлялась.






