ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать, если ты очнулся после жестокого боя и понимаешь, что не помнишь о себе абсолютно ничего? А что делать, если в скором времени выясняется, что на тебя идёт охота, и одни желают тебе смерт... Ренегат Константин Иванцов © Константин Иванцов, 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 Серия «Современный фантастический боевик» Выпуск 200 Иллюстрация на обложке Айрата Аслямова Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону Он не мог сказать, кто с кем дрался в этом месте, и не помнил, на чьей стороне был он сам. Но это пока было неважно, главным было убраться отсюда всё равно куда, лишь бы подальше. На обочине он снова сел на землю и перевёл дух. Отсюда просматривался поворот дороги и упавшее поперёк неё дерево. Похоже, что один из отрядов спокойно ехал по дороге и попал в засаду. Кто одолел, сказать было трудно, тел в серых и чёрных плащах на земле валялось примерно поровну. Но среди чёрных было больше павших не от меча, а от стрел. Похоже, в засаду угодили именно они. Уцелевший и сам был одет с головы до ног в чёрное, но почему-то без плаща. А вон тот, на краю дороги, пал не от честной стали. Труп обгорел настолько, что нельзя было разглядеть, к какому отряду он принадлежал. Похоже, что среди нападавших или обороняющихся оказался маг, но его быстро вывели из строя, иначе убитых магией было бы больше. Цепляясь за ствол росшего на обочине дерева, человек поднялся. Сделал шаг, другой, убедился, что может держаться на ногах, и побрел в глубь леса, по-прежнему не представляя, куда идёт. Идти было трудно. Земля изобиловала кочками и ямами, из неё торчали кусты и стволы деревьев, под ноги подворачивались коряги, несколько раз он чуть не упал. В глазах потемнело, так что сначала он услышал плеск, и лишь потом увидел, что переходит вброд ручей. Человек повернулся и бездумно побрёл по его руслу. Русло вывело к роднику, бившему

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если ищущие его люди – его друзья, то, прячась от них, он поступает не просто глупо, но и жестоко, заставляя их тревожиться о его судьбе. Что ж, если дело обстоит именно так, то, когда всё благополучно выяснится, он извинится перед ними и объяснит ситуацию. Может быть, они даже вместе посмеются над всем происшедшим. Но до тех пор он будет осторожен. Голова у него только одна, и ей и так уже изрядно досталось.

Прошло две недели, и в очередной раз выпавший снег отказался таять. Зима явила себя во всей красе, снег шёл всю ночь, но ветра не было, и с рассветом каждая веточка оказалась одета в сверкающее серебро. Эту ночь Рыжий провёл на постоялом дворе «Весёлый бычок», и, встав поутру, долго любовался из окна этим искрящимся великолепием. Внизу перекликались люди, лаяли собаки, вкусно пахло свежим хлебом и жареным мясом. Приведя себя в порядок, он спустился в зал.

На постоялый двор его привело не только желание провести ночь в тепле. До границы оставалось два или три дня пути, и Рыжий решил, что надо всё же выяснить, что там творится. Вчера он выехал на дорогу именно с целью найти трактир и послушать, о чём говорят в общем зале. Говорили разное, но в основном сетовали на беспокойность здешних мест. Если во всей остальной Мейорси царила относительная тишина, то этот край оказался под угрозой самых настоящих военных действий. Насколько Рыжий понял, недалеко от границы, со стороны Ралины, стояла лагерем армия мейорсийцев, чей командующий сохранил верность прежним порядкам, отказываясь как распустить своих солдат, так и передать их в распоряжение его величества. Его обложили со всех сторон и мейорсийские, и ралинские войска, но взять строптивого генерала наскоком не удалось, уж в очень удобном для обороны месте тот расположился. Сейчас вроде бы с ним пытаются вести переговоры, а местные жители ждут, чем всё это закончится. Оказаться в районе боевых действий не хотелось никому, особенно проезжавшим по этой дороге купцам. Именно их люди и составляли основную массу постояльцев в достаточно многолюдном «Бычке». Но были, кроме них, и простые обыватели, торопящиеся убраться из этих мест подобру-поздорову. Война – всегда война, и люди, видимо, уже наученные горьким опытом, желали быть от неё как можно дальше, а те, кто не могли уехать, прятали добро, уводили скот и закапывали зерно. До паники было далеко, но на всякий случай готовились к худшему.

Выбрав уголок потемнее, Рыжий сел на лавку в ожидании, когда подавальщица обратит на него внимание. Это случилось довольно скоро, хотя вчера пришлось ждать чуть не полчаса. Но вчера здесь и без него было не протолкнуться, а теперь за столами сидели едва десятка полтора человек.