Стандартная фаза при переходе от кочевания к оседлости. Лепят основную часть тамошней керамики.
Здешние — не лепят, здешние — наезжают.
— Мы — буляр. Вы нашим соседям подарки дарили. Мы — главные среди племён, поэтому вы должны. Нам. Вдвое против того, что вы дали юрматам и юрми.
Это правда: вдоль Волги иногда возникает союзы башкирских племен, в которые входят юрматы, юрми, буляр и некоторые другие.
* * *
Высшая форма объединения вплоть до провозглашения Башкурдистана. Колчак, правда, башкирскую независимость не признал. Но его побили большевики, которые и организовали Автономную Башкирскую Советскую Республику.
* * *
В 12 в. эти племенные группы — очень свободолюбивые люди. Так любят свою свободу, что постоянно режут и грабят друг друга. Навыки свободолюбия, резни, грабежа — есть. Навык думать — отсутствуют.
Муса ведёт разговоры, торгуется, соглашается на обычный набор подношений, не более. Аксакалы принимают подарки, старательно улыбаются:
— Идите с миром, добрые люди. Буляр — великие воины. Под нашей защитой никто не посмеет тронуть вас.
Послы сытые, пьяные, одареные, чуть покачиваясь расслабленно в сёдлах, мирно уезжают от стоянки в степь. Муса тоже ласково улыбается, кланяется вслед. Потом, глядя в ночную темноту, задумчиво оглаживает бороду и командует:
— Костры — от берега и разжечь повыше. Чучел понаделать и рядом уложить. Людей — на расшиву. Брони и оружие, у кого есть — под руку. Да смилуется Аллах над бедными путешественниками.
Перед рассветом вокруг завопило-завизжало и сотни две всадников, ворвавшись в лагерь, принялись с восторгом колоть и рубить два десятка, сделанных из тряпья и травы, лежащих у костров, фигур.
Муса сразу велел скинуть канаты, которыми расшива была принайтована к деревьям на берегу.
Канаты немалых денег стоят, цены таковы, что людей даже не вешают. Но когда речь о своих головах — бросили.
Расшиву понесло течением. Башкорты — следом. Ещё бы — такое богатство уплывает. Вокруг мелко, подскакивают прямо к борту, пытаются залезть, бьют стрелами, тычут копьями. У расшивы борт довольно высокий, с воды, хоть бы и с седла, не очень-то запрыгнешь, но стрелы издалека навесом… люди в кораблике падают, кровью обливаются.
Корабельщики сильно молились. Чтобы на мели не застрять.
Повезло. Вынесло в русло, снесло вниз, причалили к другому берегу.
Выдохнули. Позавтракали. Подцепились к бурлакам, снова потопали вверх.
Итить-колотить! — Опять буляры!
«Чёрные акулы». Шесть длинных чёрных лодок-долблёнок. Маорийские пироги в нижне-волжском исполнении. Человек по двадцать в каждой. Я про такое уже…
Бурлаков — на расшиву, кораблик — самосплавом вниз. Свободолюбы, они же — чужого-добра-филы, вдогонку.






