ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Долгий и кровавый путь, по которому шёл Андрей ради ответов на свои вопросы, наконец, привёл его к ним. Эпидемия, унёсшая миллиарды жизней, действительно оказалась рукотворной, а гипотеза, что есть... Расплата Вячеслав Бец Глава 1.1. Испытание на прочность 1 Кто-то, быть может, и боялся. Да что там – наверняка многие. Как не бояться, если ты знаешь, что идёшь навстречу волнам обжигающего огня, раскалённого железа, криков отчаяния и смерти? Как не дрожать, осознавая, что направляешься не просто убивать или выживать, а изо всех сил бороться за жизнь? Сознательно, целеустремлённо готовишься вступать в бой и убивать. Не за свободу, не за идеалы, а за сомнительные, туманные перспективы, которых многие в силу ограниченности ума или банального незнания ситуации не понимали. Только такие зубры, как Корнеев и Родионов могли относиться к этому абсолютно спокойно. Убийство было их работой, специализацией. Тем, чему они посвятили свою жизнь. Вот и сейчас они не проявляли ничего – ни страха, ни сомнений. Ничего, кроме спокойной уверенности. Но Андрей тоже не боялся. Да, волновался, но не трясся, как некоторые. Разумеется, он прекрасно осознавал риски и благоразумно продумывал, как можно их минимизировать, но всё равно не боялся. Почему? Потому что он не шёл убивать – он шёл мстить: кроваво, яростно, беспощадно. Мстить людям, принёсшим в мир смерть в невероятных масштабах, и Андрей очень давно стремился вернуть им должок. Он верил, что восстанавливает справедливость и благодаря этому чувствовал, что готов ко всему. Наконец-то у его желания добиться справедливости появилась конкретная цель, носящая конкретную форму и находящаяся в известном месте. У него теперь не просто не было мыслей о том, что он будет убивать – он хотел этого, сам к этому стремился. Однако, это почему-то не вызывало в нём совершенно никаких сомнений или противоречий и этот факт заставлял Андрея задумываться, что

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Всего за какие-то три недели они прошли по северо-востоку Румынии и западной Украине, которые, впрочем, гильдия особенно и не защищала. Её интересы в Украине по большей части были сосредоточены в центральной и северо-восточной Украине, где находилось большое количество выстоявших в эти непростые времена предприятий тяжёлой и машиностроительной промышленности, сырьевая база и главное – кадровые ресурсы, возможно, главная цель «Пути просвещения».

На совещании у Родионова сидели два комбата, восемь командиров рот и Андрей, как командир отдельного спецподразделения, в сопровождении Корнеева, которого Макс попросил лично прийти. «Отдельный» статус отряда с одной стороны давал преимущества – он означал, что в окопы их засунут только в самой безвыходной ситуации. С другой стороны были в этом и серьёзные недостатки, например, им могли поставить какие-то непростые задачи, либо поручить сложное задание в изоляции от основных сил. В дополнение к этому за первый пункт Андрея и его бойцов немного недолюбливал личный состав других рот и подразделений.

Совещание проходило в старом полуразвалившемся доме в давно забытой людьми деревне где-то между Винницей и Хмельницким. До линии соприкосновения с противником было далеко, так что все чувствовали себя почти в полной безопасности. Родионов был в хорошем расположении духа и шутил. Конкретных задач полк пока не получил и условно считался резервным, так что Макс рассказывал в основном о разных тактических приёмчиках, которые стороны использовали друг против друга.

Офицеры слушали его внимательно, но ни один не осознавал в полной мере серьёзность того, что он говорил. Никто не знал реального положения вещей и того, что ждёт их в действительности. Макс намеренно старался быть весёлым и не нагнетать, хотя на душе у него было тяжко. Ведь никто из сидящих за столом, кроме нескольких человек, никогда в жизни не был под бомбёжкой, не видел, как под плотным артиллерийским огнем один за другим страшной смертью погибают их товарищи: как им отрывает конечности, срывает головы, начиняет тела осколками и шрапнелью. Почти никто не знал, какой мощнейший психологический эффект производит всё это, когда видишь такое впервые.

А в том, что такой эффект будет, Родионов был уверен. Почти все, кто сидел сейчас перед ним, прошли кампанию против «Степных волков» и видели смерть от пулевых ранений, подрыва на мине, гибель от осколков гранаты или танкового снаряда, но то были отдельные случаи, которые нагоняли страху, но не означали, что это обязательно случится с каждым. А сейчас они смотрели на него и думали, что им предстоит серьёзное, трудное испытание, но всё равно даже близко не догадывались насколько.