ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Раньше меня звали Олегом Каменевым, и я был самым обычным человеком. До тех пор, пока не согласился на сделку с собирателем душ, а моя собственная душа не оказалась в другом мире, да еще и в теле д... Каратель Александра Лисина Пролог Лесса [1] Майена Айенал скучала. Работа штатного мага в резиденции столичного Ордена карателей разнообразием никогда не отличалась, а уж ночные дежурства и вовсе были введены для проформы. По крайней мере, так казалось лессе. Да и как иначе? Любой дурак знал, что по ночам каратели не работали. А если и работали, то ничего ужасного с ними не случалось. Вот если на выезде, в глухих лесах или в горах, где обитало немало монстров, то да, бывало. А в спокойной и благонадежной столице нападения на карателей являлись такой редкостью, что лесса откровенно не понимала, зачем сидит одна, ночью, в мрачной до безобразия башне, в крохотной комнатушке штатного целителя, и старательно давит зевоту, лениво пролистывая скучный любовный романчик и потягивая из кружки давно остывшую даффу [2] . Правда, где-то с год назад в Гоаре случилось непонятное волнение, отчего сразу три должности в столичном Ордене внезапно освободились, а погибшие при исполнении были заменены совсем еще молодыми ребятами из недавно прошедших отборочные испытания подмастерий. Но лесса Майена этого не застала. Только слышала краешком уха, поскольку не так давно с отличием окончила целительский факультет в Гоарском королевском магуниверситете и лишь этой весной удостоилась чести попасть по распределению в столичную резиденцию Ордена. За эти полгода ничего примечательного в карьере юной магички не произошло. Карателей уважали, еще больше боялись, а суеверные простаки совершенно незаслуженно приписывали им мифические свойства. Но увы. Ни бессмертием, ни неуязвимостью, ни магическими способностями каратели не обладали. А единственное, чем они были по-настоящему знамениты, это уникальные а

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ну а то, что насчет последнего кое-что утаил… дак и я ему многого не сказал. Хотя, возможно, именно по этой причине я был все еще жив, а не валялся посреди груды старого барахла, в муках испуская дух.

Единственное, что меня по-настоящему интересовало, это причина, по которой Рез, убрав моими руками «ужас подземелий» и тем самым решив сразу несколько проблем, не забрал с собой Пакость. По идее, это было логично. Редкий артефакт с необычными свойствами, полная безопасность, которую обеспечивала магическая шкатулка…

Но потом я сообразил – мало того, что шкатулка была местной, и просто так ее вынести бы не удалось, так вору и не было смысла делать лишние телодвижения. Пока я оставался живым, приручить нурру ему бы в любом случае не свезло. А без этого ее даже продать было проблематично. Не говоря уж о том, что любое неосторожное движение могло привести к открытию шкатулки и целому вороху проблем, которые могла создать взбешенная зверюга, прекрасно знающая, что такое месть.

А так я остался в тайнике. Пакость осталась в тайнике. Под лучшей в мире защитой, которую ни магу, ни карателю не удалось бы преодолеть. Отсюда нурру никто бы не выкрал. И не возникло бы ни малейшего риска даже в том случае, если бы она смогла освободиться самостоятельно. А когда я перестану дышать, артефакт попросту дезактивируется, после чего его сможет взять в руки любой желающий. Тот же Рез. Или Шаран. А то и обманутый мною заказчик, с которым, по слухам, у нииса были когда-то проблемы.

Одним словом, Рез поступил мудро. Он не отяготил свою совесть убийством беззащитного. Ничем не нарушил данного мне слова. Достиг всех целей, которые перед собой поставил. Заодно исполнил давнюю мечту. Не посрамил чести мастера-вора. Стал обладателем какого-то редкого артефакта. И принял в отношении нурры на редкость взвешенное и мудрое решение.

Хотя кто знает, каким бы оно было, если бы старый вор знал, кого именно Пакость признала своим хозяином.

* * *

Сколько я прошатался по подземелью, трудно сказать, но никак не меньше полутора ринов. Это, в общем-то, не было особой проблемой, пока меня могла подкармливать Пакость. Однако тот факт, что на седьмом уровне имелось несколько лестниц, уводящих тоннель гораздо глубже первоначального уровня, стало для меня неприятным открытием.

Увидев такую лестницу в первый раз, я как-то сразу подумал о вентиляции, которая наверняка за прошедшие годы разрушилась. Во второй – откровенно заколебался, в ту ли сторону иду. А когда проход в третий раз нырнул на глубину, я с сомнением покосился на значок в виде небольшого флажка на стене и, только убедившись, что по-прежнему двигаюсь на восток, со вздохом начал спускаться.

При этом сказать, что идти было тяжело, я не мог. Завалы, конечно, встречались.