На своде тоже были царапины. Но самая большая их концентрация оказалась на полу возле двери, как если бы обезумевшая от голода тварь исступленно полосовала камень когтями или же пыталась пробить себе дорогу наружу.
Здесь же, перед дверью, остались следы крови. Уже старые, глубоко въевшиеся в камень и довольно большие по площади, словно погибших псов не только порвали надвое, но и какое-то время возили изувеченные трупы по полу.
Кровью тем не менее в комнате не пахло. Вернее, тут вообще ничем знакомым не пахло. Ни шерстью, ни псиной, ни человеком. Разве что пылью и старым тряпьем, которое давно никто не провертивал.
И все же кое-что в этом спектре мне не понравилось. Пространство внутри комнаты вело себя до крайности подозрительно. За год с небольшим путешествий по изнанке я привык если не видеть, то чувствовать барьер между мирами. Знал, как его нащупать, как продавить и даже порвать, если понадобится. А здесь… создавалось впечатление, что барьера попросту не существовало. Вернее, он был, но в таком плачевном состоянии, в каком я даже возле своего первого логова не встречал. Сплошные обрывки. Нещадно изувеченная ткань мироздания, искромсанная непонятной магией вдоль и поперек, причем до такой степени, что в пределах этого места граница между реальным миром и изнанкой попросту перестала существовать. И теперь комната находилась в двух мирах одновременно. Вернее, какая-то ее часть по-прежнему оставалась в верхнем мире, какая-то тонула в нижнем. И все это было настолько между собой перепутано и переплетено, что даже сумеречное зрение отказывалось здесь нормально работать.
– Что скажешь? – так же тихо спросил мастер Рез, не делая попыток зайти внутрь.
Я бросил на пол сумку с вещами. Лишняя тяжесть мне ни к чему.
– Оставайся здесь. А лучше отойди подальше. Мало ли, вдруг тварь надумает вырваться?
– Взгляни на знаки у порога, – вместо ответа посоветовал вор, и я, опустив глаза, запоздало увидел идущую вдоль самой стены, мимо двери и дальше в темноту, полосу выбитых в камне непонятных символов. Которые обычным зрением воспринимались как простой орнамент, а в сумеречном слабенько светились, не позволяя усомниться в их магическом происхождении.
– Все равно отойди, – хмуро бросил я. И, как только вор благоразумно отступил на пару шагов, осторожно вошел внутрь.
Непонятные знаки, охраняющие вход, едва заметно вспыхнули и тут же снова перешли на экономный режим, словно ничего не случилось. Я настороженно прислушался. Затем сделал еще несколько шагов вперед, стараясь не выходить за пределы созданной оставшимися в коридоре шариками световой дорожки. Еще раз остановился, готовый отскочить, ударить или выстрелить в любой момент. Но снова ничего подозрительного не услышал, поэтому рискнул отойти от двери подальше.






