Меня совершенно не волновало, что они складывали, ведь самое важное – воспоминания о столь счастливых днях, хоть и наполненных трудностями, – я и так заберу с собой.
С последним глотком жасминового чая началось самое ужасное – прощание. Сарита и Зафира, пожелав мне скорейшего возвращения, торопливо удалились. Я осталась наедине с Реймиром. Мы с минуту просто молча смотрели друг другу в глаза, взявшись за руки, а затем все же крепко обнялись и поцеловались. Признание в любви так и не сорвалось с моих губ. Я не осмелилась рассказать ему о своих чувствах, ведь иначе он мог не отпустить меня. Но сейчас наступил момент, когда мне просто необходимо было покинуть Иларию. Ради нашего будущего, ради будущего илариата…
Донат и еще три воина, готовые к дальней дороге, уже дожидались меня возле парадного входа. Совершенно не стесняясь подданных, Реймир вновь страстно поцеловал меня, затем подсадил на повозку и дал знак трогать. Я не успела даже опомниться, как наша процессия двинулась в путь. Муж не произнес на прощание никаких обещаний, словно боялся, что не сдержит их. И от этого было гораздо больнее, ведь он не давал мне даже слабенькой надежды на новую встречу.
Я не сводила глаз с Реймира, пока он не превратился в маленькую черную точку. В какой-то момент иларг и вовсе исчез из виду. От отчаяния захотелось спрыгнуть с повозки, броситься бежать со всех сил, чтобы вновь очутиться в его объятиях, рассказать о том, что не представляю больше без него своей жизни, но я продолжила сидеть на прежнем месте и вглядываться перед собой невидящим взором. Вернусь ли я когда-либо в эту золоченую клетку? Увижу ли я вновь синеглазого мага, сумевшего вопреки всем препятствиям и сложностям покорить мое сердце?
Путешествие плохо отложилось в памяти. Со мной редко кто пытался заговорить, за что я искренне была благодарна лунным магам. Однако это не означало, что за мной не следили. В редкие часы привалов Донат не сводил с меня глаз. На ночлег мы всегда останавливались на постоялых дворах. Подобный приказ отдал Реймир, то ли руководствуясь заботой, то ли тревожась о нашей безопасности.
С пересечением границы также не возникло проблем. За увесистый кошель золотинников мужу Аники даже позволили сопроводить меня до ближайшего трактира. Правда, мне пришлось пересесть на лошадь и постоянно сидеть с прямой спиной, чтобы не допускать соприкосновений. Едва Донат проконтролировал, чтобы меня разместили в самой лучшей комнате, договорился о повозке и перенес мои вещи, как после легкого кивка в знак прощания его и след простыл.
В родной империи дышалось значительно легче. Здесь не было такого зноя, как в Иларии, отчего тело не страдало от жары, но здесь не было и Реймира, а ради него я могла терпеть ее сколько угодно.






