ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда человека заносит в фэнтэзи страну, где он становится наёмным головорезом, все перемены к лучшему. Наёмник Иван Владимирович Булавин Часть первая Глава первая * * * Ветер заунывно пел в скалах, холод стоял такой, что можно и примёрзнуть к стене, пока стоишь в карауле, чтобы этого не случилось, я постоянно ходил туда-сюда, перекладывая алебарду с одного плеча на другое. Не моё оружие, я предпочитаю цвайхендер, да только в караул его лучше не брать. Проклятые железки вытягивали из тела последнее тепло, метель, каковая в это время года была обычным явлением, снижала видимость, если и не до нуля, то близко к тому. Я видел метров на пять от крепостной стены, а вдобавок скалу Рогатку, что венчала горный хребет. Всё остальное выглядело серой мешаниной из снега и пыли, а ещё мороз, термометров тут ещё не изобрели, но не ошибусь, если за двадцать, а с учётом ветра все тридцать пять. Мой подчинённый Маркус, сидевший на чурбачке у огромной баллисты, завернулся с головой в длинную медвежью шубу. Шуба была старая, мех сильно вытерся, но даже так он чувствовал себя лучше, чем я. Часов у нас, естественно, не было, но и так мы понимали, что смена подходит к концу, ещё час или около того, и можно будет отправляться обратно в казарму. Туда, где тепло, горит огонь, есть еда и пиво, а ещё относительно мягкая кровать и спокойный сон на несколько часов. А если взглянуть шире, то и вся наша смена в этой чёртовой крепости заканчивается. Весной, когда только сойдёт снег, сюда прибудет новый отряд в две или даже три сотни пехоты с очередным не шибко благородным рыцарем во главе. А нас отправят обратно, чтобы и дальше проливали кровь во славу короля в очередной войне. Но это будет только весной, а весна в этом году отчего-то задерживается. Она тут всегда задерживается, в этом чёртовом замке, что какому-то древнему князю приспичило выстроить на склоне горного хребта, обозначая пределы своих

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отдышавшись, он поднял голову и произнёс длинную речь на всё том же языке богов, периодически тыкая себя пальцем в грудь. Жрец поначалу растерялся, обвёл взглядом своих коллег, ища у них поддержки, но те тоже не нашли, что ответить. Наконец, преодолев растерянность, жрец что-то коротко выкрикнул. Голос был раздражённый, он явно нас прогонял.

— Он хочет, чтобы мы убирались, — сообщил Аркон, разводя руками. — Они не слышат божественного голоса, только свои замшелые догмы.

А ситуация постепенно усложнялась. Большая толпа подпирала нас снизу, и толпа эта уже не была мирной или растерянной. Все, даже женщины громко выкрикивали угрозы, потрясая кулаками или примитивным оружием. А за спиной у жрецов собиралась гвардия. Всё те же крепкие мужики с секирами. Теперь их было несколько десятков и продолжали подходить новые. Такая поддержка определённо придала жрецам бодрости, они теперь в несколько голосов требовали от нас уйти.

— Если я правильно понял, — с нескрываемой злобой проговорил капитан Ромеро, — эти старые развалины решили встать между наёмниками и их добычей?

— Именно так, — подтвердил Иерофант. — Я до последнего надеялся обойтись без крови, но увы, придётся прорываться силой.

— Попробуй ещё раз, — предложил я Аркону. — Скажи, что мы всё равно войдём, но при этом прольётся кровь. Много крови.

Парень снова обратился к жрецам, долго и старательно объясняя им что-то. Но в ответ получил только одно короткое слово, видимо, означающее отказ.

— Я старался, — виновато объяснил он.

— Плевать, — маг вздохнул. — Начинайте, капитан. Старайтесь никого не убивать без нужды. Нам просто нужно войти внутрь.

Команда, которую выкрикнул капитан, перекрыла крики толпы. Отряд привычно сомкнулся в стальную коробку, ощетинившуюся смертоносными остриями пик и алебард. Биться, поднимаясь по лестнице, было непривычно, но нас это не останавливало.

Вдохновлённые мнимым численным превосходством горожане ринулись на нас, рассчитывая задавить массой. К сколько-нибудь осмысленным действиям были способны только стражники, но и они не смогли удержать строй. Сражаясь на два фронта, мы постепенно выдавливали противника с веранды, поднимаясь к воротам.

Если спереди наши действия хоть немного напоминали бой, то сзади происходило форменное избиение. Почти безоружные горожане, подталкиваемые задними рядами, просто массово гибли под ударами алебард. По мраморным ступеням текли реки крови, и, находись они не снизу, а сверху, вполне смогли бы похоронить нас под своими трупами.

Досталось и жрецам. Я сам, будучи в первой шеренге, взмахом меча обезглавил главного, остальные тоже не успели сбежать, их нанизали на пики. Постепенно наш отряд построился квадратом у входа.