ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вместо подготовки к экзаменам два студента оказываются на доисторическом испытательном полигоне. Им предстоит до рассвета найти дорогу домой или умереть. Друзей хотят сделать марионетками в древнем... Ритуал Сергей Анатольевич Остапенко Серия «Наши там» выпускается с 2010 года Оформление художника Янны Галеевой © Остапенко С.А., 2021 © Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2021 © «Центрполиграф», 2021 – По-моему, он болеет. Ему назначили физиопроцедуры, кажется. Вритрин понимающе кивнул: – Судя по вашему виду, Гордюков, с вами тоже не все в порядке. Взгляд совершенно отсутствующий, а лицо такое, будто вы всю ночь… – Он помолчал секунду и добавил: – Вагоны разгружали. Следующая волна смешков совпала с выкриком о том, что пара закончилась, и студенты, дружно снявшись с мест, потянулись к выходу из аудитории. Я бы с удовольствием последовал их примеру, но профессору явно чего-то от меня было нужно, и я терпеливо ждал, что он скажет дальше. – Встретимся завтра на экзамене, – бросил он вслед уходящим и вновь повернулся ко мне. Сегодня с профессором творилось нечто необъяснимое. Обычно он зануда, а сегодня больно красноречив, цитатами вдохновенно сыплет. Пьян, что ли? Не похоже. Он не выпившим казался, а, скорее, походящим на кроманьонца, репродукция которого находилась в одной из аудиторий корпуса истфака. Такой же коренастый, сутулый и волосатый. Сними с него очки и костюм, так получится чистая копия. Вритрин повел мощными кустистыми бровями, выпучил на меня водянистые глаза и ни с того ни с сего завел разговор на тему, ничем не связанную с предыдущей. – Завтра – день летнего солнцестояния, – доверительно промолвил он. – Сохранившиеся обряды, приуроченные к этому времени у многих современных народов, – это следы более древней культуры, более древних верований. Несколько тысяч лет назад в нашей местности появились прародители большей части нынешних народов Евра

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Как бы не заблудиться в этих катакомбах, – прошептал я.

– Разделимся?

– Ну его. Давай лучше проверим каждый ход по очереди.

– Тогда давай сюда. В центре коридоры должны соединяться.

Мы пригнулись и вошли под своды нового коридора. Запахло дымом, послышались странные звуки. Тишину прорезал утробный нечленораздельный крик, после чего последовала незамысловатая барабанная дробь.

Я вжался в стену, Юдин рядом.

– Кажется, я понял систему ходов, – проговорил он. – Но придется прокрасться мимо той дыры, откуда шумят.

– Как думаешь, кто там, охрана?

– Не должно тут никого быть. Это гости.

– Может, попробуем другой ход?

– Давай.

Вернувшись назад, мы добрались до разветвления, немного прошли и остановились перед осколками разбитой каменной двери. Дверь вела в склеп.

Юдин шагнул внутрь, следом в усыпальницу проник и я.

– Ну и ну! – сказал Саня.

От увиденного у меня на языке вертелось нечто подобное. Я не беру в расчет пару уцелевших ламп дневного света, питающихся невесть откуда, пластиковые детали интерьера и все прочее в том же духе. Наибольший эффект вызывала мумия великана, покоящегося в раскрытом металлическом саркофаге, инкрустированном драгоценными камнями. В одной из его шести рук покоился неизвестный предмет, смахивающий на оружие, остальные высохшие кисти были сжаты в кулаки. Челюсти плотно сомкнуты, глаза закрыты. Неизвестным мародером с усопшего была снята обувь, которая валялась на полу.

– Не желаешь себе ботиночки? – прыснул Саня.

– Великоваты.

– Шестирукий Индра – змиеборец. Слушай, он наверняка пришелец.

– Наверное.

– Значит, про его подвиги тоже все правда?

– С поправкой на людскую фантазию.

– Гляди, это, наверное, его палица.

Саня потянулся к предмету, но в руки взять не смог.

– Что-то не пущает, – пояснил он в ответ на мое удивление.

– Иначе уже сперли бы.

– Интересно, чего его сюда занесло?

– Знаешь, мне всегда казалось, что наш биологический вид – продукт эксперимента какой-либо суперцивилизации, добравшейся до высот, которые нам и не снились. В нашем понимании они стали богами.

– И зачем мы им нужны?

– Кто его знает. Но мне кажется, они так и не поняли, в чем смысл существования. Зачем все это нужно. Вот они и наблюдают за людишками, глядишь, мы до чего докопаемся.

– Круто ты загнул. Пойдем, здесь все равно тупик.

Саня вышел. Я наклонился к саркофагу, чтобы еще раз взглянуть в лицо Индре. Ничего выдающегося. Почти человеческое. Взгляд мой мало-помалу переполз на инкрустацию «гробика», потом на убранство покойного. На шее висел предмет, напоминающий калькулятор, у изголовья лежал шлем, снабженный различными приспособлениями, назначение которых осталось для меня тайной. Я последовательно пытался дотронуться до этих предметов, но рука вязла в каком-то защитном поле, не достигая поверхности.