ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Оба они пытаются выжить в Лондоне конца XIX века – мальчик, каких здесь полно, и волк, единственный в Соединённом Королевстве. Оба проверили на собственной шкуре, каково это – быть нужным только то... Туман Марта Палаццези © 2019 Editrice Il Castoro. All rights reserved. Original edition published in agreement with Grandi & Associati, Milano © Перевод, оформление, издание на русском языке. ООО «Издательский дом «Тинбук», 2021. * * * Наки хитро улыбнулся, не переставая шарить руками в грязи. История о Великом зловонии 1858 года была его любимой, и, хотя мы знали её наизусть, Наки умудрялся каждый раз добавлять новые, всё более ужасные подробности. Но его любовь к этой истории разделяли не все. – Только не это, Клэй. Неужели опять, – пробормотал Тод. Он стоял на коленях передо мной, погрузив руки по локоть в ил. – В смысле? – обиженно спросил Наки. – Я больше не могу слушать твою болтовню о мертвецах, навозе и потрохах животных, – ответил Тод. – Мы уже поняли. В 1858 году Темза воняла мертвечиной. Прекрасная история. – Летом 1858 года Темза не просто воняла мертвечиной, – оскорблённо возразил Наки. Он как будто считал хранение воспоминаний о Великом зловонии своей обязанностью. Я никогда не понимал, почему Наки одержим именно этим событием. Когда мы с ним познакомились, он уже был таким. Наки прокашлялся и поднял руку, готовясь начать один из своих подробнейших докладов. – Стояла засуха, и река обмелела. Даже королева Виктория и принц Альберт, отправившись на прогулку по реке, были вынуждены вернуться во дворец – так их испугал смрад. Темза и вправду превратилась в лужу, кишащую мусором и отходами, мертвецами и личинками… – Личинками? – перебил его я. – В прошлый раз ты говорил, что мертвецы были усыпаны мухами. – Какая разница? – возразил Наки, вытерев нос краем рубашки. – До мух были личинки. – Боже, Наки, да ты просто свихнулся на этой истории! – презрительно восклик

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Я же сказал, отстань! – закричал я, почувствовав руку на плече. – ОТСТАНЬ, ТОД!

– Клэй, ты рехнулся? – Наки встал между мной и Тодом. – Ты на себя не похож.

– Вы не поймёте! – крикнул я.

Туман был мёртв.

Я бросился прочь.

Миновал мост Блэйфрайерс и оказался в проулках у собора Святого Павла. Я бежал мимо повозок и телег, на запад, не останавливаясь.

Нет, нет, нет. Я мог думать лишь об этом. Нет. Я продолжал бежать до тех пор, пока не остановился у Вестминстерского моста. В тот момент я понял, что, как бы далеко я ни убежал, от себя уйти я не мог. Это ужасное осознание останется со мной навсегда: не Хирам убил Тумана, нет. Это сделал я.

– Что я вам говорил? Крупная псина – вот что собирались показать нам эти шарлатаны из цирка. Бродягам доверять нельзя.

– Я не удивлюсь, если они уедут. Держу пари, что больше ноги их в Лондоне не будет.

– Да не было никакого волка, уж поверьте. Пустая выдумка, чтобы продать побольше билетов.

– Теперь полгорода требует вернуть деньги! Они разорены!

От грузчиков доков до торговок у собора Святого Павла, от портних до нянек в платьях с накрахмаленными воротничками – в ту неделю у жителей города была лишь одна тема для разговора: неожиданное исчезновение главной знаменитости Необычайного цирка Смита и Спэрроу – Северного дикаря.

Всё произошло за одну ночь. Кто-то закрасил чёрной краской это имя на всех афишах, расклеенных по городу. Утром в Лондоне разгорелся новый скандал.

– Ну, мальчик, по рукам?

Властный голос мадам Лорны заставил меня прийти в себя. Я отвлёкся от разговоров, бушевавших вокруг, и увидел, что она недоумённо смотрит на меня из-за прилавка.

– Извините, – пробормотал я, доставая из карманов обещанный товар – четыре бронзовые булавки. – Вот.

– Неплохо, – заметила мадам Лорна, опрокинув очередную кружку крюшона. – Сколько ты хочешь?

Я пожал плечами.

– А сколько у вас есть?

Мадам Лорна расхохоталась.

– Ты не создан для переговоров, мальчик. Почему ты не послал ко мне своего друга-рахитика? Он знает, как обращаться с клиентами.

Потому что за всю неделю я не сказал ему ни слова.

Ни ему, ни Тоду.

– Наки занят, – соврал я. – Сойдёмся на флорине?

Мадам Лорна достала монету из кармана.

– Повезло тебе.

Я взял деньги и кивнул в знак благодарности. Не успел я развернуться, чтобы уйти, женщина схватила меня за руку. Я поднял голову.

– Всё хорошо, мальчик?

Я кивнул.

– Да.

– Плохо торгуешь, но ещё хуже врёшь.

Я смущённо улыбнулся.

– Никогда не считал себя идеальным.

Мадам Лорна отпустила меня. Она собиралась что-то сказать, но её внимание привлёк звон колокольчика, висевшего над дверью паба. В комнату вошёл её бедный муж. Все переживания за меня тут же рассеялись.