ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Оба они пытаются выжить в Лондоне конца XIX века – мальчик, каких здесь полно, и волк, единственный в Соединённом Королевстве. Оба проверили на собственной шкуре, каково это – быть нужным только то... Туман Марта Палаццези © 2019 Editrice Il Castoro. All rights reserved. Original edition published in agreement with Grandi & Associati, Milano © Перевод, оформление, издание на русском языке. ООО «Издательский дом «Тинбук», 2021. * * * Наки хитро улыбнулся, не переставая шарить руками в грязи. История о Великом зловонии 1858 года была его любимой, и, хотя мы знали её наизусть, Наки умудрялся каждый раз добавлять новые, всё более ужасные подробности. Но его любовь к этой истории разделяли не все. – Только не это, Клэй. Неужели опять, – пробормотал Тод. Он стоял на коленях передо мной, погрузив руки по локоть в ил. – В смысле? – обиженно спросил Наки. – Я больше не могу слушать твою болтовню о мертвецах, навозе и потрохах животных, – ответил Тод. – Мы уже поняли. В 1858 году Темза воняла мертвечиной. Прекрасная история. – Летом 1858 года Темза не просто воняла мертвечиной, – оскорблённо возразил Наки. Он как будто считал хранение воспоминаний о Великом зловонии своей обязанностью. Я никогда не понимал, почему Наки одержим именно этим событием. Когда мы с ним познакомились, он уже был таким. Наки прокашлялся и поднял руку, готовясь начать один из своих подробнейших докладов. – Стояла засуха, и река обмелела. Даже королева Виктория и принц Альберт, отправившись на прогулку по реке, были вынуждены вернуться во дворец – так их испугал смрад. Темза и вправду превратилась в лужу, кишащую мусором и отходами, мертвецами и личинками… – Личинками? – перебил его я. – В прошлый раз ты говорил, что мертвецы были усыпаны мухами. – Какая разница? – возразил Наки, вытерев нос краем рубашки. – До мух были личинки. – Боже, Наки, да ты просто свихнулся на этой истории! – презрительно восклик

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Там правда так написано?

Я кивнул.

– Ты веришь? – спросил он.

Прежде чем я успел ответить, моё внимание привлекла женщина, едущая позади синей повозки верхом на муле. Это была худая старуха, одетая в красное с ног до головы. В ушах и на запястьях блестело золото. Рядом с ней шла темноволосая девочка лет тринадцати. Она пританцовывала под звуки бубна.

– Цыганка, – прошептала торговка картофелем, перекрестившись. – Не смотрите ей в глаза. Они могут навести порчу одним взглядом.

– Что за чушь, – возразил точильщик. – Всего лишь старуха, увешанная дешёвыми побрякушками.

Возможно, мужчина был прав. Я смотрел, как циркачи исчезают за собором Святого Павла. Может быть, старуха просто выглядела как цыганка? Но неважно. В любом случае я, похоже, нашёл покупателя для карт.

Должен признаться, кроме надежды на удачную сделку меня охватило огромное любопытство. Я видел волков лишь на гравюрах, украшавших витрины типографий. Одна мысль о том, что где-то поблизости находится этот зверь, привела меня в восторг.

– Последний живой волк в Соединённом Королевстве… – пробормотал я, бросив взгляд на афишу. – Кто знает, правда ли это.

Был лишь один способ проверить.

«Должно быть, это и есть Стальная стрекоза, о которой говорилось в афише», – подумал я, не спуская с девушки глаз.

Наконец я пошёл дальше и вскоре снова замер (пусть и по другим причинам) перед мускулистым артистом с пышной бородой и шпагой в руках.

Не меньше двадцати сантиметров шпаги скрывались у него во рту. Это был Мусто, шпагоглотатель.

«Поторопись, Клэй, – мысленно сказал себе я, перелезая через забор. – Найти здесь цыганку будет непросто».

Я не ошибся. Меньше чем за полчаса я собрал пару тычков от недружелюбных рабочих, подозрительный коричневый комок грязи под каблуком сапога и немало недобрых взглядов мужчины, сидевшего верхом на лошади. Возможно, он охранял цирк.

Цыганки не было. Что уж говорить о волке.

Я прислонился к куче ящиков и вынул из кармана шкатулку с картами, бросив взгляд на алый шатёр. Вход преграждали крепкие мужчины. Они следили, чтобы в цирк не пробрались безбилетники вроде меня. Похоже, мне никогда в жизни не удастся проскользнуть внутрь, если только удача сама не свалится на голову.

И удача свалилась. В виде сильного тычка в спину.

– Ай!

– Что ты здесь забыл?

Я обернулся и увидел девчонку. Я тут же узнал её: это она шла рядом с цыганкой на параде.

– Ну? – спросила она, оглядывая меня небесно-голубыми глазами. – Чего вылупился? Призрака увидел?

– Извини, – поспешно ответил я. – Просто я пытался…

– Пробраться внутрь? – перебила девчонка. – Ты уже пятый за утро. Предупреждаю: предыдущим четверым пришлось несладко.

– Нет, нет. Я не хочу никуда пробираться. – Я по казал ей шкатулку с картами. – Мне нужно продать их.