ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если ты мелкий очкарик и офисная крыса, если ты слаб и труслив, если ты не привык драться и, тем более, убивать, тебе не место в Стиксе. Вот только Стикс не спрашивает. Тебе посчастливилось выжить,... Студент Иван Владимирович Булавин Пролог Это был обычный ничем не примечательный день, точнее, вечер. Была среда, осень, погода хмурилась, и собирался дождь. Я, как всегда, возвращался с работы. Говорю, как всегда, хотя устроился я только месяц назад, закончив институт. Работа моя, как говорят многие, ничего и ни для кого не значит, просто офисный планктон. Сижу в офисе с девяти до шести, перекладываю бумажки, изредка звоню по телефону. Платят… мало платят, конечно, но и жаловаться грех, я один и мне хватает, тем более, что запросы мои минимальны. Когда-то давно, в детстве, я хотел стать милиционером. Не для того, чтобы всех обидчиков наказать (а таковых было немало), просто считал жизнь несправедливой и хотел сделать её чуть лучше. Увы, после того, как меня в армию не взяли по зрению, о карьере государственного человека приходилось забыть. И о всякой другой тоже. Так уж получилось, что человек я маленький и, что греха таить, тщедушный. Руки мои растут из… ну, вы поняли. Хороший работяга из меня не выйдет. На носу очки-микроскопы, которые ношу лет с двенадцати. А потому судьба моя — быть конторской крысой. Хорошо, хоть сюда взяли, а то бы с голоду помер, родители не могут содержать всю жизнь. Кто-то скажет, а чего ты? Никто ведь не мешает взять и всё изменить. Работать лучше, пролезть в начальники, пойти в спортзал и накачать мышцы, сделать операцию и избавиться от очков. Ну, в принципе, они правы, только есть момент. Нужно для начала исправить голову, а мне, наверное, так удобнее. Закрыться в скорлупу и отгородиться от всего мира. Мир жесток, а я от него немало пострадал. И ввязываться в соревнование с заранее проигрышных позиций не хочу. Так что, можно смело именовать

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но всё же, несмотря на столь бодрое начало, люди оказались сильнее. Видимо, это были старые обитатели Улья, с боевым опытом и хорошо вооружённые. Микроавтобус, имевший несколько амбразур для стрельбы, просто расцвёл огоньками автоматных выстрелов, от бегунов полетели клочья, один за другим они падали с пробитой головой, а машина медленно продвигалась вперёд. Лотерейщик, успевший вырвать решётку и даже заднее стекло джипа, поплатился за это. Изнутри грянул выстрел, как мне показалось, из дробовика. Огромную тварь отбросило назад. Потом ещё и ещё. Четвёртый выстрел ударил прямо в морду, череп не пробил, но напрочь лишил боеспособности. Из джипа выскочили двое в камуфляжной форме и стали добивать из автоматов.

Единственным успехом нападавших стал водитель пикапа, его успели выдернуть и убить, но сделавший это лотерейщик не смог воспользоваться плодами своей победы. Пулемётчик, как оказалось, был жив. Сильно хромая, он подбежал ближе и, вскинув какой-то короткоствольный автомат, начал бить короткими очередями прямо в голову твари. Тварь прожила недолго.

Скоротечная битва закончилась в пользу людей. Твари смогли организоваться для нападения, но вот просчитать последствия им уже мозгов не хватило. Водителя пикапа люди бросили, забрав с собой только его оружие. Сам пикап тоже бросили, но пулемётчик снял свой пулемёт с турели и потащил с собой. Ему нашлось место в микроавтобусе. Сделано всё было с такой поспешностью, что я сделал вывод, что люди куда-то спешат и им некогда заниматься пустяками. Ну и пусть едут. Я им мешать не стану. У меня другие заботы, заботы маленького (во всех смыслах) человека. Сейчас я возьму нож и немного прогуляюсь по окрестностям, кое-какой навар мне достанется.

Так и вышло, спустившись вниз, я проверил место битвы. Нескольких раненых пришлось аккуратно добить, но сделать это было несложно, твари с перебитым позвоночником и оторванными конечностями дружно сползлись к телу водителя пикапа и грызли его, громко урча и отвратительно чавкая. Было их четверо. Вполне для арбалета, тем более, что никакой мобильностью они не обладают. Первым был тот, что сохранился лучше других, одна нога у него была перебита пулей. Хорошо перебита, так, что кость раскололась. Он передвигался странным способом, на трёх конечностях, а потому показался мне наиболее опасным. Арбалет сухо щёлкнул, посылая стрелу. Я определённо делал успехи. Стрела вошла прямо в небольшой серый бугор на затылке, как и ожидалось, вызвав немедленную смерть. Когда я уложил второго, двое оставшихся соизволили обратить на меня внимание. Видимо, мозгом группы были покойные лотерейщики, а без них члены бригады беспросветно отупели.

Отступая назад, я сделал ещё три выстрела, один раз промахнулся и два раза попал.