ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прошло шесть лет с момента, как Биара вернулась обратно в свой мир после победы над темной колдуньей Малисьеррой. События прошлого кажутся ей детской сказкой, и лишь прибытие старого друга возвраща... Из пепла A Achell Биара Подобно толстым белым мотылькам, снег падал на землю, укутывая голые деревья и дорожки парка в белоснежный ковер хрустящего пушистого мха, поблескивавшего в редких лучах солнца. Погода была хмурой, но даже это не портило прекрасные зимние пейзажи, вдоль и поперек простиравшиеся вокруг многочисленных корпусов университета. То были старые, некрасивые здания грязно-серого цвета, холодные, угловатые и нескладные. Летом в них было жарко, а зимой — невероятно холодно, так что студентам приходилось посещать занятия в куртках. Университет находился посреди большого парка, испещренного десятками дорожек, простирающихся меж заснеженной земли. Они были грязными от многочисленных ног, превративших тающий снег в сплошное месиво из песка и воды. Прохожие, однако, не замечали противоречивого сочетания зимней сказки и квадратных корпусов с большими окнами, напоминающими пустые, бездушные зеницы. Все шли по своим делам, глядя под ноги на грязный снег или бездумно уставившись вперед, глубоко погружаясь в свои мысли. Прямиком с одного из корпусов — самого уродливого среди всех — вышла небольшая группа студентов. Всего их было пятеро: трое парней и две девушки. Одна была вполне себе симпатичной блондинкой в элегантных туфлях и короткой блестящей куртке. В сравнении с ней, вторая девушка выглядела очень уж необычно. Первое, что приходит на ум людям, однажды повидавшим Биару — неприметность. Она никоим образом не выделялась в толпе, будучи незаметной, но вместе с тем — весьма привлекательной, сколь противоречиво это бы не звучало. Красота ее не казалась броской или же до вульгарности яркой: Биара не была той, которую ваше цепкое внимание в мгновение ока выхватит из тол

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Биара была твердо уверена в том, что брошь есть ни что иное, как артефакт, только вот — какой именно? Из любопытства она подумывала показать вещицу Хьюго, но быстро отказалась от этой мысли, так как тогда пришлось бы объяснять ему, где она ее достала — вранье дракон раскусил бы в один миг.

Также ей приходила мысль о том, чтобы надеть брошь, ведь если это артефакт, то он должен делать нечто необычное — так она смогла бы понять его свойства. Но и от этой идеи Биаре пришлось отказаться, ведь она прекрасно понимала, что артефакты бывают разные, и далеко не все из них являются хорошими. В большинстве случаев артефакты чем-то помогают своему владельцу, но вместе с тем и что-то у него отнимают. Потому, оставалось лишь молча разглядывать брошь в свете костра и загадывать о ее назначении.

То, что наступила полноценная ночь, Биара поняла только когда рассматривать таинственный предмет до мельчайших подробностей стало не то, чтобы затруднительно, но и полностью невозможно. Ночной мрак окутал лесную чащу, а Хьюго все никак не появлялся.

Она решила развести костер. Выкопав небольшую круглую траншею, чтобы пламя не перекинулось на лес, Биара набросала туда сухой травы, а сверху примостила пару сухих бревен. Убедившись, что Хьюго рядом не видать, девушка зажгла на кончике указательного пальца огонек и подожгла им труху, которая мгновенно вспыхнула. Через некоторое время запылали и дрова. Биара мигом потушила волшебный огонь и села поодаль, наблюдая за костром.

Вскоре на поляну вернулся Хьюго, бесшумно ступая по лесному дерну с кожаным бурдюком в руках.

— Сумела сама костер развести? — удивленно спросил он, положив свою ношу возле походного вещмешка.

— А что здесь сложного? Видимо, ты меня недооцениваешь, — утомленно проронила Биара.

Несмотря на то, что с момента их остановки прошел как минимум один земной час, усталость и не думала выпускать ее из своих объятий.

— Похоже, что так, — легко согласился Хьюго. — Лучше переоценить, чем недооценить — тогда большая вероятность остаться в живых.

— Верно…

«Малисьерра тоже однажды меня недооценила, за что и поплатилась жизнью».

Хотя темная колдунья была уже много лет как мертва, а в Дауэрте за Биарой более никто не охотился, старые раны не желали быстро заживать: снова оказавшись здесь, девушка с огорчением обнаружила, что вся та тревога, успешно заглушенная и утихшая за шесть лет жизни на планете Земля, возвращается. Даже без явной опасности, Биара чувствовала себя зверем, за которым кто-то охотится, и это изрядно портило ей настроение.