С одной стороны, он был невероятно рад повидать Корвина и лишний раз восхититься умом юноши и его тяге к знаниям, но с другой… придется многое объяснить, и Хьюго до сих пор был не уверен в том, что именно ему скажет.
— Друид? — переспросил Корвин, наконец оторвавшись от свитков. Глаза его мгновенно округлились от удивления. — Отец?.. Что ты здесь делаешь?
«Это очень хороший вопрос, малыш».
— Полагаю, мое присутствие здесь больше не нужно, — с напором сказал Сонварикс, не двигаясь с места. Все в его позе указывало на то, что покинуть зал должны были остальные, но не он.
— Мне все еще необходимо знать, где скрывается отшельник, — требовательно произнес Хьюго, в упор глядя на эльфа.
— Я уже сказал, что не могу тебе этого сообщить.
— Полагаю, — встрял Корвин, предотвращая столкновение, — мы к этому сможем вернуться позже. После того, как побеседуем с отцом с глазу на глаз, — его тон не оставлял места для дискуссий.
Хоть время поджимало, Хьюго был вынужден согласиться. От остроухих теперь уже ничего не добьешься, а Корвин оставался его единственной возможностью разузнать нужную информацию. Все равно застать Биару ему так и не удалось…
— Пойдем, — вздохнул он, обращаясь к сыну.
Корвин тепло улыбнулся, после чего вежливо кивнул эльфам и вышел из помещения, увлекая за собой отца.
— Так зачем тебе понадобился этот отшельник? — спросил он, уверенно выбирая путь меж светлых коридоров и лестниц.
Хьюго ждал этого вопроса, но так и не определился с ответом. Солгать или сказать правду? Вероятно, эльфийский друид не станет молчать о том, кем была девушка, если Корвин решит его спросить — а он непременно спросит. Впрочем, была еще одна причина, по которой Хьюго не хотелось врать: он устал. Устал нести это бремя в одиночку, устал хранить тайну.
Корвин продолжал вопросительно поглядывать на него, ожидая ответа. Собравшись с духом, Хьюго произнес:
— Это будет очень долгая история…
* * *
— Так значит, она жива? — пораженно прошептал юноша.
Они сидели у широкого затененного виража, изображающего лесного дракона, отдыхающего у пруда. Это был небольшой закоулок, где никто не ходил. Корвин объяснил, что невероятно любил здесь уединяться: мало посторонних, широкий, хоть и не до конца удобный подоконник у витража, а также умиротворяющий вид на один из островков снаружи.
— Ты не злишься на то, что я держал это в тайне?
— Я… — Корвин задумался. — Нет, не думаю, что злюсь. Это все… сложно. Узнай мы правду, беды было бы не миновать. Айвэн и близнецы точно не послушали бы никого и попытались с ней встретиться, а раз ты говоришь, что мама… ну, что она никого из нас не помнит. Да, это оказалось бы полнейшей катастрофой.
— Спасибо, что понимаешь, — благодарно улыбнулся Хьюго.






