ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прошло шесть лет с момента, как Биара вернулась обратно в свой мир после победы над темной колдуньей Малисьеррой. События прошлого кажутся ей детской сказкой, и лишь прибытие старого друга возвраща... Из пепла A Achell Биара Подобно толстым белым мотылькам, снег падал на землю, укутывая голые деревья и дорожки парка в белоснежный ковер хрустящего пушистого мха, поблескивавшего в редких лучах солнца. Погода была хмурой, но даже это не портило прекрасные зимние пейзажи, вдоль и поперек простиравшиеся вокруг многочисленных корпусов университета. То были старые, некрасивые здания грязно-серого цвета, холодные, угловатые и нескладные. Летом в них было жарко, а зимой — невероятно холодно, так что студентам приходилось посещать занятия в куртках. Университет находился посреди большого парка, испещренного десятками дорожек, простирающихся меж заснеженной земли. Они были грязными от многочисленных ног, превративших тающий снег в сплошное месиво из песка и воды. Прохожие, однако, не замечали противоречивого сочетания зимней сказки и квадратных корпусов с большими окнами, напоминающими пустые, бездушные зеницы. Все шли по своим делам, глядя под ноги на грязный снег или бездумно уставившись вперед, глубоко погружаясь в свои мысли. Прямиком с одного из корпусов — самого уродливого среди всех — вышла небольшая группа студентов. Всего их было пятеро: трое парней и две девушки. Одна была вполне себе симпатичной блондинкой в элегантных туфлях и короткой блестящей куртке. В сравнении с ней, вторая девушка выглядела очень уж необычно. Первое, что приходит на ум людям, однажды повидавшим Биару — неприметность. Она никоим образом не выделялась в толпе, будучи незаметной, но вместе с тем — весьма привлекательной, сколь противоречиво это бы не звучало. Красота ее не казалась броской или же до вульгарности яркой: Биара не была той, которую ваше цепкое внимание в мгновение ока выхватит из тол

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С одной стороны, он был невероятно рад повидать Корвина и лишний раз восхититься умом юноши и его тяге к знаниям, но с другой… придется многое объяснить, и Хьюго до сих пор был не уверен в том, что именно ему скажет.

— Друид? — переспросил Корвин, наконец оторвавшись от свитков. Глаза его мгновенно округлились от удивления. — Отец?.. Что ты здесь делаешь?

«Это очень хороший вопрос, малыш».

— Полагаю, мое присутствие здесь больше не нужно, — с напором сказал Сонварикс, не двигаясь с места. Все в его позе указывало на то, что покинуть зал должны были остальные, но не он.

— Мне все еще необходимо знать, где скрывается отшельник, — требовательно произнес Хьюго, в упор глядя на эльфа.

— Я уже сказал, что не могу тебе этого сообщить.

— Полагаю, — встрял Корвин, предотвращая столкновение, — мы к этому сможем вернуться позже. После того, как побеседуем с отцом с глазу на глаз, — его тон не оставлял места для дискуссий.

Хоть время поджимало, Хьюго был вынужден согласиться. От остроухих теперь уже ничего не добьешься, а Корвин оставался его единственной возможностью разузнать нужную информацию. Все равно застать Биару ему так и не удалось…

— Пойдем, — вздохнул он, обращаясь к сыну.

Корвин тепло улыбнулся, после чего вежливо кивнул эльфам и вышел из помещения, увлекая за собой отца.

— Так зачем тебе понадобился этот отшельник? — спросил он, уверенно выбирая путь меж светлых коридоров и лестниц.

Хьюго ждал этого вопроса, но так и не определился с ответом. Солгать или сказать правду? Вероятно, эльфийский друид не станет молчать о том, кем была девушка, если Корвин решит его спросить — а он непременно спросит. Впрочем, была еще одна причина, по которой Хьюго не хотелось врать: он устал. Устал нести это бремя в одиночку, устал хранить тайну.

Корвин продолжал вопросительно поглядывать на него, ожидая ответа. Собравшись с духом, Хьюго произнес:

— Это будет очень долгая история…

* * *

— Так значит, она жива? — пораженно прошептал юноша.

Они сидели у широкого затененного виража, изображающего лесного дракона, отдыхающего у пруда. Это был небольшой закоулок, где никто не ходил. Корвин объяснил, что невероятно любил здесь уединяться: мало посторонних, широкий, хоть и не до конца удобный подоконник у витража, а также умиротворяющий вид на один из островков снаружи.

— Ты не злишься на то, что я держал это в тайне?

— Я… — Корвин задумался. — Нет, не думаю, что злюсь. Это все… сложно. Узнай мы правду, беды было бы не миновать. Айвэн и близнецы точно не послушали бы никого и попытались с ней встретиться, а раз ты говоришь, что мама… ну, что она никого из нас не помнит. Да, это оказалось бы полнейшей катастрофой.

— Спасибо, что понимаешь, — благодарно улыбнулся Хьюго.