Мысленно он выдохнул с облегчением: изо всех детей, именно Корвин оказался в Аривия-лоне и именно ему довелось первым услышать правду — это был не иначе, как подарок Судьбы. Еще с детства он отличался немалой рассудительностью, которой не могли похвастать остальные братья с сестрами. Если кто и мог понять и принять все решения своего отца, то только Корвин.
— Получается, — отозвался он спустя некоторое время, — я один знаю правду? Никому из остальных ты ничего не поведал?
— Пока что нет.
— Но ведь однажды ты им расскажешь?
— Разумеется. После того, как все наладится, и я буду знать, что это безопасно — как для вас, так и для… Биары.
Корвин умолк, задумчиво глядя сквозь витраж.
— А ведь я всегда подозревал, что в этой истории с Малисьеррой что-то нечисто, — внезапно произнес он. — Я знал, что ты принимал в ней непосредственное участие, но не стал копать глубже, рассудив, что будь в этом всем нечто важное, ты бы нам сообщил. Ох, нет… — Корвин поднял озадаченный взгляд на отца. — Айвэн сейчас крутится рядом со Старейшинами. Если она преуспеет, то получит доступ ко всем летописям о том, что происходило на каждом из Советов — в том числе и об истинной природе девочки, за которой охотилась колдунья. А узнав, что все это время рядом с ней был ты…
Корвин не докончил, но этого и не требовалось. Хьюго и сам прекрасно осознавал размах шторма, в который угодит, едва его ложь доберется до Айвэн. Вспыльчивой, импульсивной, умной и очень несдержанной Айвэн, его первой дочери. Здесь пощады ждать не придется — равно как и понимания, которым его одарил Корвин.
— Уже тебе сочувствую, — скривился юноша. — Надеюсь, ей хватит выдержки понять все… либо же на момент, когда она обо всем узнает, ты окажешься как можно дальше.
— Брось, не все так плохо, — издал нервный смешной Хьюго. — В конце концов, она твоя сестра и моя дочь. Незачем выставлять ее в подобном свете.
— Ты просто давно не видел прогневанную Айвэн, — усмехнулся Корвин. — В любом случае, я за тебя заступлюсь. Не то, чтоб я имел такое уж внушительное влияние на сестру… лишь маме всегда удавалось ее вразумить. Как жаль, что она ее уже не помнит.
Хьюго отвел взгляд, не зная, что ответить. Некоторое время они пробыли в молчании. К островку за окном приблизилась пара оленей. Они умиротворенно прошлись, после чего легли у берега, готовясь к ночлегу.
— Нравится жить здесь? — первым нарушил молчание Хьюго, задумчиво окинув взглядом светлое дерево, окружавшее их со всех сторон.
— Не жалуюсь, — улыбнулся Корвин, мигом отвлекшись от мрачных мыслей. — Аривия прекрасна, а те знания, что она в себе хранит, и вовсе бесценны, — он с любовью провел ладонью вдоль гладкой древесной стены. — Я рад, что могу жить рядом с ней, познавая ее секреты.






