Зато здесь есть ты, Кики, и ты прекрасна.
– Не могу сказать то же самое о тебе.
– Я знаю.
– Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо.
– Ты врешь.
– Нет, я правда хорошо себя чувствую.
– Ты похудел.
– Ты так и будешь говорить мне гадости? Лучше расскажи мне сплетни, мне не хватает парижской светской жизни.
– Она все та же, ты ничего не теряешь. А я вот узнала, что твои дела идут хорошо.
– Правда? Даже я сам не знал этого. Кто-то должен был сообщить мне.
– Лондон, Брюссель, Нью-Йорк… Ходят слухи, что твое творчество ценится и что ты написал много картин за последние месяцы. Тебя и правда почти не видно на публике.
– Кики, тогда, раз уж ты все знаешь, объясни мне, почему у меня нет ни гроша.
– Я в этом не разбираюсь. У тебя есть посредник, спроси у него.
– Он дает мне деньги на жизнь, Жанна с дочкой живут в его доме, он всех обеспечивает необходимым.
– Значит, он тебя содержит.
– Да, но у меня нет денег!
– Может быть, это для того, чтобы ты не потратил деньги на пагубные привычки? – иронично замечает Кики. – Кто платит аренду за твою квартиру?
– Леопольд.
– Зборовский – порядочный человек. Ты ему не доверяешь?
– Я не вижу счетов, я ничего не знаю… Кики, я устал.
– Меня впечатляет, что ты ешь торт и запиваешь его кофе.
– Мне установили железные правила.
– Судя по тому, как ты выглядишь, они тебе не помогают.
– Мне нужно выпить немного абсента.
– Я тебя угощу, если хочешь.
– Не искушай меня.
– Хорошо, никакого абсента.
– Ты так легко сдаешься? Вот так сразу? Что ты за искусительница такая?
– Я передумала. Не хочу ссориться с Жанной, Збо, твоим врачом и остальными, кто заботится о тебе.
– Как было хорошо, когда обо мне заботилась ты.
– Не говори ерунды. Теперь у тебя есть дочь и скоро родится еще один ребенок… С такой, как я, у тебя ничего бы этого не было.
– Возможно, я был бы более беззаботным.
Я ей улыбаюсь – и вдруг начинаю кашлять. Я подавился куском торта, что вызвало неистовый приступ кашля. Кики обеспокоена. Я не могу сдержаться, и это не обычный кашель, это нечто похожее на ослиный рев. Многие посетители обернулись посмотреть, что происходит. Я сгибаюсь, задеваю столик и опрокидываю чашку кофе. Я чувствую, что задыхаюсь. Кики взволнована, она встает и стучит рукой мне по спине.
Постепенно кашель утихает, но я чувствую во рту что-то твердое, как камень. Я подношу руку ко рту и выплевываю этот загадочный предмет. По ошеломленному взгляду Кики я понимаю, что это такое.
– Это зуб.
Кики удивленно и взволнованно смотрит на меня и не знает, что сказать.
– У меня выпал зуб.
Я испытываю отчаяние и стыд и тайком кладу выпавший зуб в карман пиджака.
Я разваливаюсь на части. Мое тело меня покидает. Я неумолимо приближаюсь к гибели.
Я смотрю на оставшийся на тарелке торт и ощущаю все унижение и определенность моего заката.






