ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Профессия инженера Скамова – строитель. За двадцать лет заготовлено немало кирпичиков будущего общества – Союз Труда, артели, издательства, Красная гвардия, Советы по всей стране, но помимо них есть с... Председатель Д Н Замполит Глава 1 – Слово для отчетного доклада предоставляется Председателю президиума Верховного Совета Советского Союза, Генеральному секретарю Центрального комитета Коммунистической партии товарищу Скамову Михаилу Дмитриевичу. Сияние ламп. Громадные хрустальные люстры. Зал, похожий на Кремлевский Дворец Съездов, тысяч на пять мест, не чета Большому театру. Я собрал бумажки и шаркающей старческой походкой двинулся к трибуне, на груди в такт шагам закачались награды. Дойти бы, не упасть, в моем возрасте это не шутка… Съезд победителей встал как один человек и приветствовал меня оглушительными аплодисментами. Соратники за спиной хлопали в ладоши с не меньшим энтузиазмом – Муравский, Красин, Ульянов, Чернов, Кропоткин, Натансон, Савинков, Губанов, Сталин, Жаботинский… «Господи,» – мелькнуло в голове – «а его когда успели избрать?» Добрался, поправил микрофон, разложил текст, прокашлялся… черт, в горле сухо как при похмелье, хорошо хоть графин тут стоит. Налил полстакана, предательски звякнув несколько раз о край, выпил до дна. Собрание терпеливо ждало. – Тоа… кх-кхе… ини… – несмотря на воду, в глотке першило, и я подавился первыми словами. Из зала на меня смотрели тысячи глаз. Все первые ряды занимали известные мне люди – военные, ученые, инженеры, путейцы, кооператоры… – Тоа… – попытался я еще раз. – Жги, Митрич! – выкрикнул из партера Ваня Федоров. Горло сжало как обручем, язык еле ворочался. Похоже, я не смогу выдавить даже пресловутые «сиськи-масиськи»… Понемногу нарастали шепотки, сливаясь в гул. – Тоа… – я закашлялся, глаза налились слезами. Схватило сердце, тело повело влево, рука скрежетнула ногтями по бортику кафедры, а я завалился на пол, без

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вспышки случались в основном там, где местная власть с прохладцей относилась к принятому прошлой осенью постановлению Исполкома Союза Труда. Ничего особенно нового мы тогда не придумали – массовый спорт, вплоть до традиционных кулачных боев, молодежные отделения партий с их кружками и секциями, волонтерская работа, учебные программы, – главное, занять свободное время. Как там советские прапорщики формулировали, «солдат без дела – потенциальный преступник». Чеканно.

Я разве что внес предложение совместить это с возведением жилья и субботниками, чтобы в свободное время желающие могли помогать на стройках. Ну и бонусы за отработку – либо засчитывали в пай, как члену кооператива, либо двигали по очереди вперед. Но с очередями не очень получилось, работали ведь многие и вместо пользы выходили эдакие крысиные гонки, пришлось отменять. В целом худо-бедно досуг молодых рабочих заняли, а к тем, кто все-таки выходил хулиганить, никакой снисходительности, как к «социально близким», не проявляли. Хулиганишь? Значит – враг Советов, получай по полной. И вот тут народные суды и власти тоже увлекались и перегибали палку. Я же пытался вдолбить, что высшая мера – вещь экстраординарная, уникальная и не может применяться там, где не было жертв, тем более за преступления экономического характера. Пусть отрабатывают – НМВД разворачивал сеть исправительно-трудовых лагерей при строительстве заводов, каналов и прочей полезной инфраструктуры. И везде, где было возможно, после консультаций с Колей Муравским, удовлетворял апелляции о замене высшей меры. Нехрен пули тратить, пусть работают.

Но такая политика нравилась далеко не всем, росла, росла оппозиция по этому вопросу, даже Савинков пару раз высказался. Непублично, разумеется, в разговорах с глазу на глаз посетовал мне, что КБС ловит злодеев, а председатель ВЦИК их отпускает.

– Так уж и отпускает? Полных помилований, насколько я помню, всего два за год, да и то, не по твоим делам. А так – либо срок уменьшен, либо наказание изменено.

– Сотрудники обижаются.

– Ты сотрудникам скажи, чтобы они лучше работали и материалы тщательно готовили, тогда наказание будет соразмерно и оснований для помилования не останется. А то ишь, моду взяли, валить все на дедушку Скамова.

– Угу, а как прикажешь всю шушеру, что антисоветские разговоры ведет, в узде держать?

– Вести советские разговоры и пошире. Понимаешь, если мы, как власть, не можем противопоставить этим шепоткам массовой уверенности в нашем деле, то мы что-то делаем неправильно. Оппозиция будет всегда, но наша политика должна быть такой, чтобы за нее горой вставало большинство.