ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пьесы Диаса Валеева, известного татарского драматурга, — произведения, где не только сталкиваются яркие и масштабные характеры, но обязательно ставятся философские проблемы — в чем смысл жизни, кто та... Диалоги Диас Назихович Валеев 1887 Трагедийная хроника ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА Н и к о н о в. Ф а д е е в. У л ь я н о в. З в о н а р с к а я. С м е л я н с к и й. П о р т у г а л о в. Л ю д м и л а Б а а л ь. Ш е л о н о в. Б р о н с к и й. Г а н г а р д т. П о т а п о в. М а с л е н н и к о в. О в с я н н и к о в а. М а н г у ш е в с к и й. С е с т р а У л ь я н о в а. Х о з я й к а к в а р т и р ы. С т у д е н т ы, ж а н д а р м ы, с л у ж и т е л и, п о н я т ы е. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Углы и комнаты, сдаваемые внаем, переулки, тупички, крест церкви и башенка минарета; чей-то сдавленный крик, светящееся в тумане окно — негаснущий лик конспиративной, подпольной России, устремленной в будущее, глядит на меня из прошлого. И мне кажется иногда, что где-то там — и истинная родина моего духа. И там, с ними — я сам. 1 У окна, над книгой — У л ь я н о в. Но не слышно шелеста перелистываемых страниц. Глаза устремлены поверх раскрытой книги куда-то вдаль. О л ь г а (войдя) . Почему не пьешь чай? Просил. У л ь я н о в (отхлебывает из чашки, ставит на стол) . Нельзя подогреть? Я не люблю холодный. О л ь г а. Сколько можно подогревать? Но Ульянов уже опять не слышит ее. Тебе говоришь, говоришь… (Машет рукой.) Мама очень беспокоится. Почему все твои товарищи старше тебя? У л ь я н о в. Многие из них знали Сашу. О л ь г а. Папа умер. Сашу казнили. Аня в ссылке. За один год все изменилось. Мама не выдержит, если еще что-то случится! Молчание. Она постарела, да? У л ь я н о в. Принеси чаю. И не будем!.. Все равно ты в этом ничего не понимаешь! О л ь г а. Я понимаю. Мне только маму жалко. (Мечтательно.) Если бы я была социалисткой, я бы погибла. У л ь я н о в. Что? О л ь г а. Цель жизни социалиста

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дай-то бог разбить сначала. А уж что-нибудь сообразим.

Ш е л о н о в. Что-нибудь! Вот она, манна небесная! Вот чего с нетерпением ждет человечество! Что-нибудь! А я начхал, дорогой брат Фадеев, на твое «что-нибудь».

У л ь я н о в. Мне кажется, мы спорим из-за того, что положительная часть многих революционных программ страдает спутанностью, неясностью.

Ш е л о н о в. А что, если этой положительной стороны, Ульянов, нет? Нет… за абсолютным отсутствием таковой! Кары разработаны — тюрьмы, ссылки, каторга. А награды? Жестянки на грудь? Ленточки? Только! Данте девять кругов ада подробнейше расписал, а где поэт рая? Фантазии не хватает? А если вовсе нет?

Б а а л ь. Как нет?

Ш е л о н о в. А если фокус о том, что весь этот огромный мир, весь шар земной один сплошной минус?! А плюс где-то во Вселенной!.. Там где-то затерялся… В каком-нибудь созвездии Гончих Псов!.. Его бог, как ненужную кость, туда швырнул. А там его кто-то другой грызет. Те же псы, может? А мы здесь. И в этом вся трагедия! Хо-хо!.. И комедия тоже! Трагикомедия человеческого существования.

У л ь я н о в. Да, трагедия! Но в том-то и суть, что наша задача — найти выход из нее!

Появляются Н и к о н о в, С м е л я н с к и й.

С м е л я н с к и й. Господа, прошу внимания! Внимания, господа!

Шум постепенно затихает.

Б а а л ь

(звонко, ворвавшись в тишину)

. Всегда один базар!

С м е л я н с к и й. Базар тоже вещь. Вся Россия базарит и выбирает путь. Но о деле, господа! Сегодня здесь представители землячеств.

(Никонову.)

Может, ты скажешь?

Н и к о н о в

(отмахнувшись)

. Нет, давай…

С м е л я н с к и й. Как известно, в Московском университете студент третьего курса Синявский дал на днях пощечину инспектору Брызгалову. Была свалка. Натравили мясников и казаков. Давили лошадьми. Семнадцать изувечено. Трое убито. Университет закрыт. Аресты. В Петербурге дело тоже кончилось тем же. Волна беспорядков пройдет сейчас по всем университетам без исключения. Российское студенчество должно избрать формой своей жизни протест. Протест против введенных в университетах порядков, уничтожающих нашу студенческую волю полностью. И протест против всего полицейского режима в целом! Воздухом его дышит даже ребенок! Что будем делать, господа?

(Пауза.)

Нам поручено объявить, товарищи, что вчера вынесено решение о сходке в Казанском университете. Каких бы взглядов ни придерживался каждый из нас, как бы теоретически мы ни разъединялись, это общее дело. Мы должны поддержать москвичей и петербуржцев! Но чтобы поддержка была ощутимой, нужно учесть их ошибки. Нужно-сделать то, чего не сумели сделать они.

У л ь я н о в. Надо поднять весь университет, все казанское студенчество.

(С нажимом в голосе.)

Если все, если каждый!.. Девятьсот десять человек в университете! Если каждый бросит свой входной билет!

Ш е л о н о в.