А ты услышишь, когда я стану кричать? Ты услышишь, о чем я буду кричать?! Опять? Слышишь, опять ребенок!
О н. Это кажется… Это все нам кажется. Ну, не дрожи, не бойся…
О н а. Мой ребенок!.. Это мой ребенок? Мой!..
Д р у г а я ж е н щ и н а. Безумцы!
(Уже издали.)
Я сегодня же расскажу все! Я скажу, что вы здесь! Я позову сюда людей!
День, полный света и неба. М у ж ч и н а и ж е н щ и н а — почти обнаженные, прекрасные тела. Их танец — как видение, как греза.
О н а. Если бы снова найти все вещи на их привычных местах, словно ничего не произошло? И чтобы на всем, как раньше, лежал спокойный свет? Зеркало, крыло занавески. На столе на своем месте — хлебница… И старая лампа… Раскрыть книгу на той главе, где закладка? Может, это и есть счастье? Или я плету последнюю сеть на этом берегу. Но, может быть, еще не последнюю?
(Застывает, прислушивается, бросается к двери.)
Входит м у ж ч и н а.
Вот и ты! Как долго?! Ты был так долго.
О н
(смеясь)
. Вот хлеб… Вино. Иллирийский «рислинг». Купил его в какой-то лавке в древней Иллирии.
О н а. В какой еще Иллирии?
О н. Это где-то в древней Греции.
О н а. Я не могу быть без тебя так долго. Почему ты можешь?
О н. Слушай, а ты будешь ревнивой женой? Но сегодня у нас праздник, и мы ссориться не будем.
О н а. Какой еще праздник?
Он наливает в рюмки вино, опускает кольца. Они чокаются, выпивают.
Кольцо? Золотое кольцо?
О н. Ты же видела во сне свадьбу! А какая свадьба без обручальных колец? Ну — обещай, что будешь вечно любить меня.
О н а. Обещаю.
О н. Теперь ты мне жена. А я тебе — муж.
О н а
(после долгой паузы)
. И ты думаешь, это все… навсегда?
О н. Знаешь, за что мы поднимем первый тост? Человек по-настоящему живет в редкие минуты. Когда любит! Когда идет по следу истины! Когда впереди опасность! Утопия — жить по законам красоты… И все же жить надо только так! Кто знает, может, мы с тобой одно целое? Сегодня мне все время приходит в память древний миф об андрогинном человеке. Быть может, мы с тобой андрогины?
О н а. Андрогины?
О н. Да! Ведь когда-то мужчины и женщины не существовали отдельно, а жили, сросшись в одном двутелом и двуногом существе. Они были очень сильны. И были бессмертны. Но боги, боясь их силы, рассекли их пополам. И именно с тех пор каждая половинка рвется к другой, желая срастись с ней. С тех пор нас влечет друг к другу. Исцелить человеческую природу, разрушенную, рассеченную на две части, не полную… Это легенда. Но, возможно, не только легенда? Человек, который не любил, не полюбил, это человек, не поднявшийся на какие-то свои высшие уровни! Он не настоящий человек! Недочеловек! Половинный человек! У него только одно сердце!
О н а. Ты так на самом деле думаешь? Что мы одно и что мы бессмертны?
О н. Я понял многое за эти дни. Каждый шаг сейчас — выбор будущего.






