ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Его наняли меня убить.Никогда не думала, что смерть может придти в обличии Зверя — жуткого безжалостного монстра, от одного взгляда которого хочется сдаться. И я бы сдалась, только он не позволил.— По... Владимирова Анна. Одержимость зверя Его наняли меня убить. Никогда не думала, что смерть может придти в обличии Зверя — жуткого безжалостного монстра, от одного взгляда которого хочется сдаться. И я бы сдалась, только он не позволил. — Побегала? — уточнил холодно, приближаясь к двери, в которую я билась из последних сил. — Теперь сюда иди. — Сам иди, — огрызнулась я и оглянулась в поисках средства обороны. — Тебе не понравится, если пойду я. Голова будто сама повернулась в сторону мужчины. Он дышал все тяжелее, опираясь на стол рукой, и прижимал к плечу салфетку. Высокий, на руках при каждом движении бугрились мышцы… Я облизала сухие губы, пошевелившись. Под рубашкой сбоку все еще чувствовалась кобура маленького пистолета… Значит, он его не нашел, или ему было не до этого. Зачем он меня вообще взял? В заложники? — Тебе от меня не будет толка, отпусти меня, пожалуйста. Он какое-то время стоял, не шевелясь, прежде чем полуобернуться: — Тебя заказали, — выдавил хрипло. Мой рывок в сидячее положение он отметил громким грудным рычанием, от которого каждый волосок на теле встал дыбом. Уголки губ вдруг прорезались клыками, а рука, которую вскинул к плечу, оказалась больше похожей на лапу чудовища! Зверь! Что мы знали о зверях? Ничего обнадеживающего. Они быстрее, сильнее, почти не боятся огнестрельного оружия, если только не в висок и с нескольких сантиметров… Я рванулась к кобуре и через секунду наставила на него пушку: — Отпусти меня, — голос дрогнул. — Такие, как я, не отпускают, — сузил он глаза и выпрямился. — Особенно таких, которые не слушают советов. Правда хочешь сыграть со мной в смертельную игру? — Он шагнул ко мне. Черты лица мужчины будто перетекали в звериную м

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Вон вышли!

— Вы препятствуете закону!

Усевшись кое-как, я часто заморгала на входную дверь. Проход закрывал широкой спиной Найф, но напиравшие из коридора теснили его решительно и уверенно.

— Клауд! — выкрикнула хрипло, перепугавшись не на шутку, что его пристрелят за сопротивление. Видя, что реагировать на меня никто не собирается, я подскочила с дивана и рванулась к телохранителю: — Что происходит?!

— У нас приказ отвезти вас на допрос по делу Джейдена Хауэра! — выкрикнул из-за спин штурмующих какой-то мужчина. — Пожалуйста, не оказывайте сопротивление!

— Клауд, пожалуйста! — повысила голос, дергая здоровяка за руку. — Просто поедешь со мной.

— У нас приказ забрать только вас, ни о каком телохранителе речи не шло. — У мужика способностей к переговорам со зверьми вообще никаких не было.

— Где Джейден? — дошло, наконец, до меня.

Мы обменялись с Найфом долгими взглядами, потом он покосился на людей у дверного рубежа и отвел меня к окну:

— Он уехал ночью на место, на которое ты выдала Лоу наводку.

Я прикрыла глаза и протерла лицо руками. Чувствовала себя побитой и невероятно уставшей.

— Он до сих пор там? — прохрипела.

— Нет, Зои, его арестовали. Люди пытаются предъявить ему обвинение.

— Тогда почему ты меня не пускаешь?! — взбесило меня это скрытничество. — Я — свидетель, жертва!

— Потому что пока непонятно, из кого сейчас сделают жертву!

— Если тебе не было понятно, значит, надо было будить меня, когда Джейден решил уйти! — решительно заявила я. — А мы тут сидим в больнице на виду у всех, и ты вдруг решил оказать сопротивление! Что, будем громить все и рвать всех на куски и тут?! — Как же я от всего этого устала! Не сказав больше ни слова, я глянула на сурового телохранителя и направилась к полицейским. — Мне нужен адвокат, — заявила уже внизу, усаживаясь в автомобиль.

Только адвоката я не дождалась ни в участке, далеком от моих представлений, ни в камере, в которую меня определили. Здание следственного департамента находилось в плохо знакомой мне части города. Этот квартал вне патрульных маршрутов, но это наводило на мысль, что принадлежал он зверям. Только не могла определиться, меня радует, что я у них, или нет. Никто не отвечал на мои вопросы кого и чего мне ждать. Становилось понятно, что нужно запасаться терпением. Вчера казалось, что справедливость восторжествовала, что пострадавших спасут, и все было не напрасно. Маршируя по белоснежной комнате с таким же безукоризненным диваном и столиком, я старалась не поддаваться отчаянию. У меня все еще был мобильный, но звонить никому я пока не собиралась. Придет время — мне позвонят сами.

О последней новости вчерашнего дня я пока запретила себе думать. То, что я могла быть беременна, или даже почти наверняка была — событие из ряда вон.