И ничего не могло мужчину в обратном убедить, а ведь я представилась Варварой Сергеевной, пояснила, что являюсь совладелицей отеля. Вдобавок Беркутов не растерялся и наглядно дал понять, что мы пара, прижав к себе так, что у меня чуть через горло половина внутренностей не вышла. Но Михак Ашотович просто проигнорировал все эти факты и упорно продолжал называть меня Лапой, и приглашать на ночное свидание.
— Та-а-ак, — прорычал Беркутов, и как ещё совсем недавно шеф-повар, треснул кулаком по столу, но гораздо сильней. От его удара, из бокалов вино расплескалось на скатерть, и вилка, что лежала на краю, улетела на пол. — Михак Ашотович, у нас вырисовывается мощное недопонимание. Я тебе к зарплате накинул нехилый процент, пообещал, что рыбу доставляют преимущественно живой, а мясо парным. Да твою же, я практически дал согласие работников телесно наказывать. Теперь слушай, что взамен требую. Вот она… — Никита кивком, указал на меня, — … моя женщина. На неё даже смотреть запрещено, иначе… — Беркутов резко умолк и, посмотрев на меня, приказным тоном скомандовал. — Варя, уши закрой, — следом послышалась фраза, целиком и полностью состоящая исключительно из матерных слов, да таких, что пожалела о том, что в мои уши не вставлены пальцы. — Если ты этого не уяснил, ты мне здесь на хрен не сдался! Это понятно?
Шеф-повар, недобро сверкнув глазами, насупился и уставился на Беркутова, словно решал, сейчас ему вспороть живот или чуть позже. Никита в свою очередь тоже не отставал от Маркаряна и буравил его взглядом, причём не менее яростным.
Кажется, пахнет жареным и мордобоем.
Вообще-то, лично я ставила на шеф-повара, но зрительную дуэль выиграл Беркутов, Маркарян первым отвернулся и, более того, примирительным тоном сказал:
— Понял тебя, брат. Женщина твоя, я к ней не подхожу. Дрянью, что мне подали, не обессудь, травиться не стану. Приду через неделю, вот тогда и поужинаем как люди.
Шеф-повар встал и удалился, а Беркутов развернулся ко мне, видно, его возбуждённо-агрессивное состояние никуда не делось, и сейчас оно направлено на меня.
— Ты же, надеюсь, поняла, что это всё я не только для Маркаряна говорил?
Вместо ответа, нервно сглотнула, потому как такой Никита пугает до дрожи в коленях. Сейчас возле меня словно находится другой человек, опасный, не управляемый, который в любую минуту может сорваться и тебе шею свернуть.
— Никита, выходи уже из образа, а? Рядом с тобой больше нет людей, которых надо стращать, — сказала я и от греха подальше поспешила на выход.






