ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Предлагаем вашему вниманию книгу «Анжелика и султан», в которой рассказывается о приключениях романтической героини XVII века Анжелики.Рассчитана на широкий круг читателей. Анна Голон, Серж Голон Анжелика и султан Часть 1 Рескатор Глава первая Когда от самого короля Анжелика узнала о том, что не граф де Пейрак был сожжен на Гревской площади [1] , а труп какого-то преступника, граф же по приказу короля был заключен в тюрьму, откуда бежал и, как свидетельствовали документы, отданные ей королем, утонул при бегстве, она потеряла покой. С большим трудом она разыскала бывшего лейтенанта королевских мушкетеров, ныне разжалованного в рядовые, который производил опознание утопленника и составил об этом документ. Маркиза, не называя себя, предложила тысячу ливров за правдивое изложение событий пятнадцатилетней давности, намекнув, что знает правду. Уловка сработала, и бывший лейтенант признался, что это был труп не графа де Цейрака, а совершенно незнакомого человека. — Я дал такие показания, — оправдывался он перед Анжеликой, пряча увесистый кошель с золотом, — потому что мне грозила Бастилия. Да и от неизвестных людей я в ночь перед опознанием утопленника получил такую же сумму с просьбой дать нужное заключение. Что поделаешь, король платит мало и нерегулярно, а у меня большая семья, да и поместье пришло в упадок. Анжелика знала, что он врет насчет семьи и поместья, так как выяснила о нем все в процессе поисков: он имел пагубную страсть к азартным карточным играм, давно уже промотал поместье, а однажды даже жалованье своих мушкетеров, за что и был понижен в звании. Но в том, что он сказал ей правду о лжесвидетельстве, и что утонул не ее мухе, а другой человек, она теперь не сомневалась. Помимо этого, знакомство с Савари и настойчивые просьбы и мольбы сделали свое дело. Савари клятвенно заверил ее, что до последнего времени поддерживал с графом связь и сообщал ему о судьбе марки

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Стражники поспешно опустились на колени, подстилая под себя маленькие коврики, чтобы совершить утренний намаз.

Когда стражники, задрав головы кверху и подняв руки, восхваляли Аллаха и ничего не замечали вокруг, Колен Потювель короткими перебежками, прячась за грудами камней и песка, бросился прочь от дороги.

Многие рабы, пользуясь молитвой стражников, как временем отдыха, кроме рабов-мусульман, тоже молящихся в это время, видели его побег, но не подали вида, глубоко уважая своего неустрашимого вожака-христианина.

Колен Потювель добрался до укромного места у стены дворца, где у него уже давно была зарыта металлическая кошка с длинным мотком крепкой веревки.

Глава двенадцатая

Анжелику, потерявшую сознание после бичевания на площади, принесли в одну из комнат дворца, где ее ранами сразу же занялся личный врач владыки.

Он смазал ей раны от плетей и от раскаленных щипцов целительными мазями, а когда она пришла в себя, то дал ей выпить настоянное на каких-то целебных травах питье. После чего она почувствовала, как боль в ранах постепенно утихает.

Она не могла понять причины неожиданного милосердия со стороны султана, а старик-медик не отвечал на вопросы, молча занимаясь ее ранами. Поразмыслив, Анжелика пришла к выводу, что причиной может быть одно из двух: или султан надеется, что после пытки она покорится ему, что было именно так, и к этой мысли ее склонил управляющий гаремом Осман Фераджи, втайне сочувствующий и восхищающийся ею, да и желавший видеть именно ее — умную и просвещенную — владычицей Микен, или же султан решил продлить ее мучения, повторив пытки после излечения.

В любом случае она решила твердо стоять на своем, ибо ненависть к султану-деспоту у нее возросла до такой степени, что превратилась в холодное и уничтожающее презрение, и она утвердилась в своем решении: достойно встретить смерть, но не покориться!

Помещение, в котором она находилась, было небольшое, но светлое, с окном наверху, забранном решеткой.

Единственной мебелью были широкий диван, где она лежала, и низенький столик, заставленный медикаментами, принесенными врачом, и подносами с кое-какой едой, фруктами и питьем. Это было, конечно, гораздо лучше, чем в нижнем гареме, но… надолго ли? Она вздохнула и, повернув голову, посмотрела на седобородого старика, убиравшего пропитанную ее кровью корпию в медный таз.

Медик закончил свою работу, низко ей поклонился и сказал, что придет на следующий день. Когда он выходил из комнаты, она заметила за дверью стражника, стоявшего с обнаженной саблей, и поняла, что ее охраняют, чтобы она не сбежала. Она только горько усмехнулась — ей ли бежать сейчас, когда лежать можно только на животе и каждое движение вызывает острую боль.