ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приехав в Россию, обедневший французский аристократ Этьен Де - Бово не искал любви, но, увидев в доме своих родственников красавицу Юлию Яминскую потерял покой. Девушка не ответила ему взаимностью... Отогрей моё сердце Мария Шарикова Пролог Ярославская губерния , Даниловский уезд , Богородская волость , сентябрь 1813 года . В гостиной Яминских коротали время за вышиванием три юных княжны, удобно расположившись на обтянутой синим бархатом софе. Самая старшая, Юлия, мыслями была далека от своего занятия. Пару раз уколов иголкой палец и получив несколько толчков в бок от средней сестры, Марии, девушка отложила пяльцы в сторону. - Жюли, отчего ты так волнуешься, cherie? - поинтересовалась Машенька, заметив, что тёмные глаза Юлии наполнены печалью, - папенька совсем недавно сказал, что наступило примирение. А значит, письмо от Сергея скоро придёт! - Твоими бы устами, сестрица, - с грустью произнесла Жюли, но уголки её красивых губ дрогнули в слабой улыбке. Вот уже второй месяц не приходило ни одного письма от её возлюбленного и жениха, князя Сергея Шаховского. Княжна убеждала себя в том, что во время войны трудно найти время, чтобы черкнуть несколько строк домой. - Жюли, прошу тебя, не грусти! - попросила до ныне хранившая молчание Софья, самая младшая из девиц. - Ну что-то ты, Сонечка! - поспешила успокоить девочку Юлия. - Я не грущу! Уверена, моя неожиданная fatigue (фр. - усталость, хандра) скоро пройдёт. Жюли очень сильно любила обоих сестёр, но с Софи её связывали особые узы. Схожие внешне, и характером они, несмотря на разницу в возрасте были близки. - Конечно, пройдёт, cherie, вот получишь письмо от Сергея, и пройдёт, - наконец нарушила тишину Мария. Неожиданно распахнулись двери гостиной, и в комнату изящной походкой вошла мать девушек, Елизавета Петровна. Тёмно-русые, как у всех дочерей, волосы были уложены в строгую прическу, а домашний наряд был одновременно про

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ацис и Галатея

- Сюжет балета основан на античном мифе о несчастной любви Галатеи и Ациса.

Морская нимфа, нереида Галатея и Ацис, сын Фавна и речной нимфы, испытывают взаимное чувство. На беду в Галатею влюбляется циклоп Полифем, существо ужасное и мощное. Он бросает в Ациса скалу, которая его раздавила. Морской бог Нептун, отец Галатеи, по её просьбе превращает кровь Ациса, текущую из-под скалы, в реку, у вод которой нимфа ищет утешения.

Глава 7

Проснувшись поутру с жуткой головной болью, Жюли поняла, что не стоило так много плакать. Вернувшись из театра прошлым вечером, она не находила себе места. Маркиз поставил её перед нелёгким выбором. Сердцем mademoiselle Яминская хотела быть с ним, но умом понимала, что это невозможно Да и он сам не захочет иметь с ней ничего общего, когда узнает... Да и она сама никогда себя не простит. «Нет, пусть лучше всё останется так, как есть!» - с горечью подумала княжна, коря себя за прошлые ошибки. Лежа с закрытыми глазами, она слышала, как Варя открывала портьеры, заставив её ещё сильнее зажмуриться и загородиться рукой от яркого света. Подниматься совсем не хотелось, и девушка потянула на себя пуховое одеяло, собираясь вновь погрузиться в столь желанный сон.

Горничная заметив, что Юлия зашевелилась, поспешила передать хозяйке просьбу её родителя.

- Проснулись, барышня? Николай Семёнович просил вас спуститься в его кабинет, как только вы готовы будете.

Mademoiselle Яминская поспешно вскочила с постели, велев Варе помочь ей привести себя в порядок.

Не желая тратить много времени на туалет, княжна остановила свой выбор на простом платье в полоску, позволив горничной стянуть волосы в тяжёлый узел на затылке. Окинув себя в зеркале быстрым взглядом, девушка поспешила вниз.

Юлия догадывалась, для чего отец зовёт её к себе. Барон дал ей откровенный намёк на то, что будет просить её руки, и она собиралась принять его предложение. Только так mademoiselle могла уберечь себя от фатальной ошибки!

Остановившись у двери, ведущей в кабинет, Жюли прошептала про себя молитву. Она попыталась взять себя в руки, но это ей с трудом удавалось. Постучав и слышав негромке «entrez», девушка переступила порог.

Отец и барон встретили её тёплой улыбкой. Барон встал ей навстречу и учтиво склонился к её руке.

- Юленька, душа моя, Михаил Петрович желает поговорить с тобой наедине. Я оставлю вас на несколько минут, - поднявшись со своего места, произнёс Николай Семёнович.

Оставшись со Строгоновым, княжна поняла, что ей неприятен цепкий взгляд, которым награждает её этот мужчина.

- Юлия Николаевна, - начал барон, не желая ходить вокруг да около, - я говорил с вашим папенькой, и он позволил мне спросить вас... Согласны ли вы стать моей женой?

Жюли поняла, что от этого решения зависит её дальнейшая судьба.