Я плотно пообедала.
– Ну, и зря, – загадочно говорит мой друг и нарочно уводит взгляд в сторону.
Почуяв неладное, я снова захожу на сайт нашей школы и кликаю на сверкающую новость о свежем номере SchoolNewsLake. На экране телефона тут же появляется страница, на которой я и остановилась. Пробегаю глазами по жалобам, признаниям, что адресованы одним и тем же людям. Но вот мой взгляд цепляется за мое имя…
Предложение
: «Хейзи Пирс, обязательно приходи на бал в честь Хеллоуина. У меня грандиозные планы на тебя! Обещаю, будет очень страшно».
– Что это? – таращусь я на Оливера.
– Это предложение, – пожимает он плечами. – Или приглашение. Короче, было сложно определиться и в итоге мы оставили, как «предложение». Какой-то чувак предлагает тебе встретиться на балу, – поясняет он так, словно я не понимаю ничего.
Не знаю почему, но мой непослушный взгляд снова устремляется к дальнему столику. Впервые отмечаю про себя, что широкий ремешок электронных часов идеально сидит на запястье Картера. Рукава белой рубашки как и всегда закатаны до локтя. Дорожки вен стекают вниз к пальцам, которые спокойно лежат на поверхности стола, а потом волнующе медленно начинают по нему постукивать.
Раз-два-три-четыре.
Раз-два-три.
Раз-два.
Раз.
Мой взгляд тут же перескакивает на лицо Картера. Меня встречает хитрая, но добрая усмешка парня, который, наверняка, только что убедился в каких-то своих предположениях…
Он что, кивает мне? Не понимаю… Картер Прайс только что едва заметно кивнул мне. Что бы это значило?
«Это уже происходит, верно?» – читаю я по его губам. Удивительно, как все его дружки не замечают этого?
И пока до меня доходит смысл его слов, Оливер поднимается с места, берет свой поднос и смотрит на меня в недоумении.
– Ты идешь?
– …Э-э, да! Ты иди, я вот только сок допью и догоню тебя.
Оливер послушно уходит, а я, снова прикрываясь большим стаканом, исподлобья гляжу на Картера. Пока все вокруг него продолжают оживленно беседовать и смеяться, таращась в экран телефона, Прайс медленно изображает сердце пальцами и прикладывает «его» к своей груди.
«Ты уже моя, Хейзи».
Вот же… Вот же недоумок! Да как он посмел думать обо мне в таком… Я ему не какая-нибудь влюбленная идиотка! Я – Хейзи Пирс! Хейзи Пирс… Девушка, которую никогда не приглашают на свидания даже придурки вроде Макбрайта. С которой всегда можно посмеяться, но ничего более. Кроме Барри Шоу. Тот единственный, у кого было желание поцеловать меня. А Картеру даже хватило смелости сказать напрямую, что делать он этого не собирается.
Не убрав за собой поднос с обедом, я покидаю столовую, думая лишь о том, как бы я могла исправить ситуацию. Мне семнадцать. В мои годы дедушка ухажеров от мамы только так отгонял. Кажется, как-то так она говорит всякий раз, когда сравнивает нас.






