«Ты уже моя, Хейзи», – снова проносится перед глазами самодовольная физиономия Картера. Симпатичная и наглая физиономия.
14
– Хейзи, ты чудесно выглядишь! – причитает мама, поправляя свой огромный и ужасно тяжелый парик с разноцветными кучерявыми волосами. На её голове как будто огромный мохнатый шар и выглядит это просто ужасно. – Почему тебе не нравится?
– Может, потому что ты мне корсет затянула так сильно, что я дышать нормально не могу, а эта прозрачная тряпка, которая внизу болтается, совершенно не скрывает мои трусы, мама! Что это за наряд то такой?
– Сегодня ты предстанешь в образе жуткой девушки, которая появляется в самых страшных ночных кошмарах парней.
– Почему парней? – спрашивает папа, разрисовывая свое лицо в стиле Джокера. – Дорогая, наряд нашей дочери и правда несколько откровенный. Ты не находишь?
– Именно, мам! А у тебя вообще парик из восьмидесятых! У Харли Куин была другая прическа.
– Я в курсе! – сдержанно отвечает мама и разворачивается к нам с папой. – Но в магазине был только этот. Когда нас с папой выберут в качестве победителей маскарадного бала, я обязательно скажу, что моя Харли Куин решила сделать завивку. Всем всё ясно? А ты, Хейзи, обязательно скажешь мне «спасибо», когда вернешься под утро домой.
– С чего это я должна возвращаться домой под утро?
– С того, что в твой умопомрачительный образ влюбятся все парни Гринлейк.
– Пап, ты слышал? Родная мать вырядила меня в девицу легкого поведения и радуется.
– Причем – жуткую девицу, – согласно кивает папа. – Тебя же как будто стая котов подрала.
– Спасибо, пап.
– О, милая, ты чудесно выглядишь! – снова принимается мама за свое. – Сегодня Хеллоуин! Ты обязана быть жуткой и пугающей, но не забывать о… – Её лукавый взгляд бегло проходится по мне и она шепотом добавляет: – Сексуальной стороне своего образа.
– Отлично. Именно этого я и хотела.
В случившемся, конечно, я виновата сама. Съездить в «Лавку колдуна» нам тогда с папой так и не удалось, поскольку загруженность в те недели была для меня колоссальной. Учеба, подготовка к балу, планы на новогоднюю вечеринку… Не говоря уже о газете, которую я доверила Оливеру и которую так и не перелопатила самостоятельно прежде, чем публиковать очередной номер. Вот и получается, что стою я теперь перед зеркалом в образе подранной котами девице с окровавленной щекой, разодранной «юбкой» из черного и красного фатина, в черных колготках-сеточке с дырками, зато в новейших белоснежных кедах. На голове у меня не пойми что: мама начесала мои густые волосы так, что понадобилась всего пара шпилек для фиксации на макушке. А ведь они у меня очень тяжелые! Представляю, сколько времени понадобится, чтобы потом расчесать их и выглядеть привычной Хейзи Пирс.






