ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Ты же понимаешь, что тебе придётся расплачиваться со мной всю свою оставшуюся жизнь? Более того, тебе даже не хватит для этого и десяти дополнительных жизней!..Он отец моей лучшей подруги и практ... Девочка Дьявола Анна Хрустальная Пролог — Ты же Дейзи, да? Подружка Шайлы, если я не ошибаюсь? — Да… Дейзи. Точнее, Маргарет Эйлин Райли. — И как же ты сюда попала, Маргарет Эйлин Райли? Кто тебя впустил и в дом, и… в эту гостиную? Насколько я помню, Шайла сейчас тусит на какой-то очередной студенческой вечеринке. — Да, так и есть… Мы заезжали за ней сюда, она разрешила мне войти. Я с ней поболтала немного в её комнате, потом сказала, что подожду её с остальными на улице, но из дома не вышла. Спряталась в одной из открытых гостиных, пока не дождалась вашего возвращения… Я знала, что с этим человеком лгать бессмысленно, как и прикидываться дурочкой. Убедилась, можно сказать, в этом уже окончательно, как только оказалась с ним наедине в одной из небольших гостиных первого этажа, где он, судя по всему, любил проводить несколько минут по возвращению домой поздними вечерами. Вот и сейчас, я прокралась в эту не такую уж и маленькую комнату с приглушённым освещением, когда он наливал у большого тёмно-синего бара какой-то алкогольный напиток из графина. Высокий, статный, широкоплечий, в тёмно-сером деловом костюме и с безупречной укладкой, он выглядел как никогда… пугающим и одновременно притягательным. А от его низкого бархатного баритона желудок моментально скручивало в тугой, ещё и пульсирующий комок нервных узлов. Из-за чего по коже, особенно на спине и затылке, тут же высыпали колкие мурашки и тянуло инуитивно поёжиться, как и обнять себя за плечи. В общем, сделать хоть что-то, чтобы эти ощущения не разрастались и не переходили в нечто большее и не менее пугающее. — И никто не заметил, что ты не выходила из дома? — мужчина хмыкнул и снова сделал небольшой глоток из толстодо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Казалось, она даже отмахнулась от данного факта мысленно рукой, решив и вовсе не обращать внимания на происходящее. Правда, до той поры, пока во дворе не появился сам хозяин имения и не прошёлся через всё патио к задней террасе дома, где мы в это время и зависали со своими девчачьими посиделками.

— Привет, пап! Я думала, ты вернёшься только через день, как и говорил…

— Ну, уж прости, раз не поставил тебя заранее в известность.

Ему тогда было только тридцать четыре, впрочем, как и моим родителям. Но я видела его впервые жизни, так сказать, вживую, ещё и со столь близкого расстояния. Он шёл на средней скорости, не быстро и не медленно, в одном из тех своих деловых костюмов, которые сидят на фигурах таких, как он, мужчинах, будто вторая кожа, подчёркивая его статную и умеренно накачанную спортивную фигуру безупречным стилем выбранной модели, кроя и цвета. Причём шёл не один, а в сопровождении какой-то высокой утончённой леди, одетой в стильный бежевый плащ, имевшей отмороженное и невероятно красивое лицо, роскошную гриву тёмно-русых волос и скрывавшей свои глаза за большими зеркальными от солнца очками. В отличие от своей спутницы, Стаффорд всё-таки снял собственные солнцезащитные очки, когда между нами оставалось где-то ярдов шесть-семь, и прошёлся по нашим оцепеневшим фигуркам насмешливым взглядом истинного хозяина положения.

— А мы тут решили после школы домашку сделать и немного позависать. Ты ведь не будешь против?..

— Если только не всей школой и без мальчиков.

— Не-е, мы тут только вдвоём. Это, кстати, Дейзи Райли, я тебе рассказывала о ней пару недель назад. Дейзи, это мой папа — Рейнальд Стаффорд четвёртый. Ну, ты и так вроде это знаешь…

Ещё бы не знать. Да его в Юкайе каждая собака обязана была знать, пусть и не лично, но достаточно хорошо косвенно, чтобы не спутать его при случайной встрече с кем-то другим. Я бы точно никогда не приняла его за иного человека, поскольку это в принципе было невозможно. А в те минуты и подавно, когда я испытывала нешуточное волнение при соприкосновении наших взглядов в одной, так сказать, точке пересечения. Кажется, именно тогда меня обдало первым и безумно сильным эмоциональным жаром из смешанных страхов, любопытства и недетской тяги к запретному и недоступному. А уж получить его от изучающего взора самого Стаффорда — равносильно тому, как пройти свое первое крещение при личном знакомстве с этим мужчиной.

— Хорошо. Только без криков, визгов и прочего апокалипсического шума.

Естественно, никакого интереса я в нём тогда не вызвала. Наверное, он даже пропустил мимо ушей моё имя, забывая о моём существовании в ту же секунду.