ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это шоу, что не показывают по телевизору. Но тысячи людей по всему миру платят, чтобы смотреть его в сети. Хотя в нём, казалось бы, нет ничего необычного: молодой, богатый, красивый холостяк выбира... Станешь моей? Елена Лабрус Пролог Он идёт, идёт! Стихает царящее в зале оживление. Девушки выпрямляют спины, одёргивают платья и замолкают, готовясь к встрече с Адамом. – Да отстань ты, дура! – толкает Лорен соседку, глупую как курица Люси, которая всё норовит схватить её за руку. – С этими новенькими вечно столько проблем, – понимающе наклоняется к ней Мэри. – Уверена эта Люси вылетит уже завтра. – Думаешь она не откажется? – всё так же тихо спрашивает подруга. – А ты бы отказалась? – вопрос, который девушки задают друг другу каждый день, изо дня в день. И каждая из них в глубине души знает ответ: ни за что. – Вот увидишь, если он выберет меня, – откидывает за спину блестящие тёмные волосы Мэри, – я откажусь. Лорен, конечно, не показывает вида, что не верит. Уж чему-чему, а умению скрывать свои чувства она точно научилась за эти два месяца. А уж сколько раз она слышала это «откажусь». Только ни разу ни одна ещё не смогла. И эта Мэри, что целый месяц крутит перед Адамом хвостом, примет его красную розу как миленькая. И новенькая, что тут без году неделя, если выбор падёт на неё, согласится на единственную ночь с ним. Но, если сегодня Адам выберет её, Лорен, как она привыкла себя называть в этих стенах, возьмёт эту чёртову розу не сомневаясь. Это невыносимо: видеть его каждый день, прикасаться, ловить его взгляды, получать подарки. Каждый вечер надеяться, что он выберет её и в то же время мечтать, что не выберет. Она устала метаться. Если ей не суждено выйти за него замуж, она хочет принадлежать ему хотя бы на одну ночь. – Девушки, – бархатный баритон Адама заставляет всех не просто замолчать, затаить дыхание. Обычно вечером он одет с иголочки. Костюм, галстук, всё идеаль

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Держись меня, – сжимает она мою ладонь. – И точно не пропадёшь.

– Только что я матери скажу?

– Так это у них тоже продумано. Выдадут документы, что ты на уборку персиков или клубники в Японию, например, укатила.

– А что там тоже хорошо платят? – удивляюсь я.

– Не столько, – улыбается Лорка. – Не дрейфь, подруга! Езжай, и покажи им всем! Особенно этому Адаму!

– Ну, работал-то ты, так что не прибедняйся, твоя доля тоже вышла немаленькая.

– Сколько? – встаю я, ничуть не стесняясь ни утреннего стояка, ни этого засранца, что тоже не обращает на меня никакого внимания, тыкая в экран смартфона.

– Полюбуйся, – протягивает он мне его экраном вперёд.

– Чёртовы извращенцы, – присвистываю я, глядя на нули.

– И это только твоя доля, – довольно улыбается Эван, развалившись на стуле. – Так, глядишь, скоро и долг мне отдашь.

И даже мой злой презрительный взгляд не останавливает его гаденький смех.

– Ой, ой, какие мы сердитые, – подвигается он к столу и дёрнув мышь, включает все три монитора, установленные на нём. – А ты как думал? Долг платежом красен. Ты кстати, потом чем думаешь заниматься?

– А тебе не всё равно? – поднимаю я со стула полотенце и всё же прикрываюсь.

Эван мне, конечно, брат, и видит меня… да, как только и чего только он не видит по своим камерам, но с прикрытым «хозяйством» я чувствую себя спокойнее что ли. Не на работе.

– Я думаю, что ты захочешь поработать теперь уже на себя. По крайней мере очень надеюсь, – щурится он в мониторы. – Ты же всё равно кроме как воевать и трахаться ничего не умеешь.

– Эв, – предупреждающе качаю я головой.

– Ещё скажи, что я не прав.

– Я скажу, что ты урод, каких поискать.

– Зато богатый урод. Очень богатый, – лыбится он и не пойму то ли в ответ на мою реплику, то ли в ответ на изображение с мониторов. – М-н-н… Какие у нас новенькие! Ну ты посмотри, разве она не чудо?

Он увеличивает во весь экран картинку с одной из камер. И личико юной блондинки с изумлённым, не замутнёнными разумом взглядом отображается на весь экран стоп-кадром. Исключительно привлекательной блондинки, но какой-то растерянной что ли.

– Как тебе? – запускает он «режим просмотра», и я вижу, что сейчас она не только собирает осколки разбитой, кажется, вазы, но и сетует какая она неловкая.

– Никак, – опираюсь я руками на стол, разглядывая девушку, что стоит рядом с блондинкой. И даже трясу головой, чтобы убедиться, что это просто искажение камеры. Что я видел это десятки, сотни раз – девушек похожих на Вики. Похожих на ту единственную, что была для меня важнее всех. Как это глупо: всё ещё надеяться встретить ту, что может её заменить, когда она умерла у меня на руках. Но эти фантомы, видения, призраки всё ещё преследуют.

– Тогда я иду первый? И эта дурочка чур моя.

– Не возражаю, – усмехаюсь я.