– Да ешь, ешь… Просто думаю вот, что за поколение ваше такое бестолковое – мы в вашем возрасте уже все стремились, чтобы семья была, дети. Ты как раз на свет появился, когда нам с папой было по 27 лет.
– Ну, тогда время другое было, – пространно заметил Леша, ему совершенно не хотелось продолжать этот диалог, но просто молча слушать мамины замечания, превращая их в монолог, было еще невыносимее.
– Да причем тут время? – живо возразила мама, – дело вот в этом, – тут мама легонько постучала пальцем в области собственного виска, – головой думать надо и за ум, наконец, браться. Вот у Юли и мигрень, наверное, поэтому разыгралась, а не от экзаменов. Она-то станет актрисой, будет играть в кино, в сериалах, а там знаешь, сколько мужчин симпатичных – они же там все на подбор, все из себя чего-то корчат. А Юля – красавица, они за ней мигом приударят, а ты так и останешься с носом.
– Так если они за ней приударят, и она готова будет к кому-то из них уйти, думаешь, ей кольцо на пальце помешает? – улыбнулся Леша.
– Не говори ерунды, – отрезала в ответ мама, – она приличная девушка и уж будь уверен, знает цену узам брака. А сейчас у неё есть полное право взять и уйти, потому что ты не проявляешь инициативы. Это я тебе как женщина говорю, – это был излюбленный мамин аргумент, на который было бесполезно что-либо отвечать.
– Хорошо, мам. Я подумаю над этим вопросом, – дипломатично ответил Леша, надеясь, что такой ответ поможет поскорее прекратить этот разговор.
– Подумает он, ишь, деловой какой, думает он… – повторила мама с недовольной гримасой на лице, – додумаешься скоро, не о чем будет думать.
Появившийся было аппетит и радость от нахлынувших детских воспоминаний, улетучилась от очередных маминых нотаций. Леше было обидно и горько, что, несмотря на его не самый молодой возраст, мама продолжала разговаривать с ним так, будто ему всё еще 8 лет. Он не понимал, что он делает не так. Устроившись на свою нынешнюю работу, он стал получать в месяц больше денег, чем родители получали за год в виде пенсии. Он сам обеспечивал себя всем необходимым и старался обеспечивать их. Весь дом был обставлен новой мебелью, в квартире был сделан современный ремонт, Леша купил много дорогой техники и регулярно отправлял родителям по 1000 долларов в месяц просто на жизнь. Он был искренне уверен, что это навсегда отобьет у них желание по-прежнему видеть в нем несмышленого ребенка. Но каждый раз, когда Леша брал очередную профессиональную вершину, родители, а в особенности мама, постоянно находили всё новые и новые поводы для упреков. А он устремлялся к решению новой задачи, будучи искренне уверенным, что уж на этот-то раз он развеет ненавистный стереотип.






