На юноше была теплая куртка, отделанная тонкими полосками меха, и высокие сапоги с эластичными голенищами, а под курткой в расстегнутом вороте виднелась форма хаваррских защитников. Обветренное лицо парня было серьезным, но подойдя к стоящим у хижины людям, он сдержанно улыбнулся и произнес по-русски:
— День добрый!
— Чем обязан? — хмуро уточнил Игорь. — Проездом в наших краях, или интерес имеешь?
— Интерес, — кивнул парень. — Но этот интерес скорее ваш, чем мой. Побеседовать надо.
— Неужели? — Игорь скривился. — А я так думаю, что интерес-то скорее твой, иначе зачем бы защитнику тащиться в гибнущее Пограничье к самому вершителю в гости… И почему ты решил, что меня интересует беседа с тобой? О чем таком приятном можно поговорить с сыном самого непробиваемого защитника мироздания?
— А чего мне опасаться? Что ты можешь сделать? Убить меня и унизить моего отца? — спокойно уточнил хаварр.
— Клянусь Пограничьем, у меня никогда не было намерений унижать твоего отца. Зато когда-то у меня было горячее желание разорвать ему глотку! И время от времени это желание просыпается… — Игорь помолчал, тяжело вздохнул, взглянул на притихшего зеркалицу. — Ладно, хаварр, если у тебя действительно важная информация, можешь войти.
Вершитель прошел внутрь первым, а зеркалица пропустил вперед молодого хаварра и прикрыл дверь.
Игорь присел на лежанку и повел рукой:
— Ну, садись, гость нежданный. Потчевать не буду, поэтому чем ближе к делу, тем больше у тебя шансов уйти отсюда живым, защитник…
— Я кажется ничем не показал, что пытаюсь угрожать тебе, — пожал плечами хаварр и сел на пол у самого очага.
— Да, ты не угрожаешь. Но я прекрасно знаю, на что способны парни в такой форме, как та, что на тебе, — возразил Игорь.
— Ты боишься меня, вершитель? — искренне удивился юный хаварр.
— Я помню, что существо в таком прикиде два года назад убила моего брата. И тебя я ненавижу так же, как и его.
Хаварр сдержанно усмехнулся и промолчал в ответ.
— А стоит ли начинать разговор с этого, господин мой? — подал голос зеркалица.
Он представлял гнев, который мог бы обрушить на него вершитель, но он не мог просто спокойно стоять в уголке и слушать бессмысленное перепирательство. Хаварр зачем-то пришел, и цель его визита могла быть чрезвычайно важной. На месте вершителя зеркалица не стал бы сходу огрызаться на своего ровесника, волею судьбы оказавшегося по другую сторону.
Неизвестно, что подумал Игорь, но взглянул он на зеркалицу почти равнодушно:
— Если знаешь, с чего надо начинать, то начни.
Зеркалица испугался этого равнодушия больше, чем крика или ругани, но постарался ничем не показать этого.
— Начни, — повторил вершитель. — И закончи. Без меня.
Он встал и демонстративно пошел к двери.
— Останься, вершитель! — повысил голос Шото.






