ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Работа по поддержанию баланса с Пограничьем отнимала средства и силы, жизни хаварров и их союзников с иных этажей мироздания. Но хаварры — раса, ушедшая в своем развитии неизмеримо дальше, чем обитатели соседних с нею этажей. Хаварры были в состоянии помочь себе и другим. А этаж людей был непуганым краем, этаким заповедником, диким и малоразвитым для того, чтобы войти в содружество соседей по мирозданию. Конечно, человечество не было бы отвергнуто хаваррами, но оно и не подозревало ни о чем, жило своим первозданным естеством и только ему, человечеству понятными заботами. Хаварров и прочих это устраивало. Никогда прежде не рождались среди людей дети владыки Пограничья, а это значит, что неудержимая сила вершителя никогда не проникала на просторы этого этажа.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Останься, это важно.

Игорь присел у двери, опираясь спиной о косяк и прикрыл глаза, и эта поза, как было известно его твари, обещала скорый взрыв.

— Рассказывай, Шото, зачем твое начальство посылает к вершителю таких желторотых защитников? — произнес зеркалица и опустился на пол между лежанкой и очагом.

— Меня никто сюда не посылал, — усмехнулся парень. — Я пришел сам.

— Самостоятельный!.. — язвительно буркнул Игорь, не открывая глаз.

— Что-то я не вижу на тебе браслета, Шото, — заметил зеркалица.

— Он здесь, — Шото хлопнул себя по карману. — Теперь в Пограничье нельзя носить включенный браслет. Он разряжается куда быстрее, чем раньше заряжался. Если я хочу попасть домой своими силами, мне придется экономить заряд.

— Да, Пограничье теперь не то, что было раньше, — согласился зеркалица.

— Вот что мы все наделали… Ну да ладно. Что толку вновь переговаривать о том, чего не вернешь…

— Думаю, что еще не все потеряно, — отозвался Шото.

Игорь нетерпеливо дернулся и, приоткрыв один глаз, смерил юношу злобным взглядом.

— Я иногда вспоминаю то жуткое подземелье, — поспешно проговорил зеркалица, стараясь спасти разговор, уведя его в безопасное русло. — Мы с тобой, Шото, тогда здорово поддержали друг друга. И мне всегда хотелось узнать, что с тобой стало. Я был почему-то уверен, что ты станешь защитником. Скоро закончишь учебу?

— Через четыре года.

— А как поживает самый лучший защитник в мироздании? Небось стал начальником вашего департамента?

Хаварр покачал головой:

— Отец оставил службу навсегда.

— Эх, как подставил его вершитель Лэри… — вздохнул зеркалица. — Что ж, он так и не оправился от потрясения?

— Напротив, — как-то невесело и криво усмехнулся Шото. — Конечно, отец очень изменился, но думаю, что он больше не чувствует себя подставленным. Он завел себе молодого друга, у них народились детишки, и отец на старости лет занялся их воспитанием. Полная идиллия.

— Зато ты не выглядишь очень счастливым.

Паренек серьезно взглянул на зеркалицу:

— А разве есть повод для счастья? Я полдня шел, разыскивая вас, и я видел, что происходит вокруг.

— А что происходит вокруг?

— Я смог безошибочно предсказать погоду и ее изменения на всем протяжении моего пути. Это, конечно, пустяки, но я научился обобщать даже такие мелочи. Я давно знаю, что означает предсказуемость на просторах Пограничья. Распад жрет вольное Пограничье, и защитники видят это не хуже вас…

Игорь вскинул голову и сухо осведомился:

— И что говорят по этому поводу защитники?

— Радуются, — отозвался Шото. — И мечтают о том, кто что будет делать, когда они останутся без работы.

— Кретины… — прошипел Игорь, качая головой.

— И я так думаю, — подтвердил Шото.