— Останься, это важно.
Игорь присел у двери, опираясь спиной о косяк и прикрыл глаза, и эта поза, как было известно его твари, обещала скорый взрыв.
— Рассказывай, Шото, зачем твое начальство посылает к вершителю таких желторотых защитников? — произнес зеркалица и опустился на пол между лежанкой и очагом.
— Меня никто сюда не посылал, — усмехнулся парень. — Я пришел сам.
— Самостоятельный!.. — язвительно буркнул Игорь, не открывая глаз.
— Что-то я не вижу на тебе браслета, Шото, — заметил зеркалица.
— Он здесь, — Шото хлопнул себя по карману. — Теперь в Пограничье нельзя носить включенный браслет. Он разряжается куда быстрее, чем раньше заряжался. Если я хочу попасть домой своими силами, мне придется экономить заряд.
— Да, Пограничье теперь не то, что было раньше, — согласился зеркалица.
— Вот что мы все наделали… Ну да ладно. Что толку вновь переговаривать о том, чего не вернешь…
— Думаю, что еще не все потеряно, — отозвался Шото.
Игорь нетерпеливо дернулся и, приоткрыв один глаз, смерил юношу злобным взглядом.
— Я иногда вспоминаю то жуткое подземелье, — поспешно проговорил зеркалица, стараясь спасти разговор, уведя его в безопасное русло. — Мы с тобой, Шото, тогда здорово поддержали друг друга. И мне всегда хотелось узнать, что с тобой стало. Я был почему-то уверен, что ты станешь защитником. Скоро закончишь учебу?
— Через четыре года.
— А как поживает самый лучший защитник в мироздании? Небось стал начальником вашего департамента?
Хаварр покачал головой:
— Отец оставил службу навсегда.
— Эх, как подставил его вершитель Лэри… — вздохнул зеркалица. — Что ж, он так и не оправился от потрясения?
— Напротив, — как-то невесело и криво усмехнулся Шото. — Конечно, отец очень изменился, но думаю, что он больше не чувствует себя подставленным. Он завел себе молодого друга, у них народились детишки, и отец на старости лет занялся их воспитанием. Полная идиллия.
— Зато ты не выглядишь очень счастливым.
Паренек серьезно взглянул на зеркалицу:
— А разве есть повод для счастья? Я полдня шел, разыскивая вас, и я видел, что происходит вокруг.
— А что происходит вокруг?
— Я смог безошибочно предсказать погоду и ее изменения на всем протяжении моего пути. Это, конечно, пустяки, но я научился обобщать даже такие мелочи. Я давно знаю, что означает предсказуемость на просторах Пограничья. Распад жрет вольное Пограничье, и защитники видят это не хуже вас…
Игорь вскинул голову и сухо осведомился:
— И что говорят по этому поводу защитники?
— Радуются, — отозвался Шото. — И мечтают о том, кто что будет делать, когда они останутся без работы.
— Кретины… — прошипел Игорь, качая головой.
— И я так думаю, — подтвердил Шото.






