Но, не найдя в болоте пропавшую голову, я наивно решил, что все кончено и издохшая тварь никогда не вернется.
Однако она нашла меня. Спустя несколько месяцев после того, как я сжег ее тело и посмел обо всем забыть. Сперва долго следила, видимо, слишком ослабнув для того, чтобы мстить. Затем незаметно подобралась ближе, где-то найдя основу для нового тела. День за днем она следовала за мной по пятам, то пугая, то дразня, то откровенно издеваясь над моими попытками понять, что же ей от меня понадобилось. Но теперь я наконец-то признал в уродливой кукле существо, которое должен был распознать намного раньше. Ее паукообразное тело. Вполне уже сформированный торс с пока еще крохотными, но быстро отрастающими иглами вдоль хребта. Две пары рук, на которых моими, кстати, усилиями снова появились костяные лезвия. И, что самое важное, лицо… бесстрастное, по-прежнему изуродованное страшными шрамами, но вполне узнаваемое лицо, которое бывшая кукла впервые за долгое время осмелилась мне продемонстрировать.
При виде истинной сущности духа-служителя в моей руке сама по себе материализовалась секира.
— Ты… Палач! — выдохнул я, уперев острое лезвие в подбородок твари.
Мелочь наклонила голову, открывая уязвимую шею, и спокойно признала:
— Виновен.
ГЛАВА 16
Через два дня в моем кармане вновь завибрировала монетка маячок.
Отпущенное Йеном время почти истекло, так что пришлось оставить Ала скучать в одиночестве, сменить до спех с серебристого на черный и вернуться в реальный мир за разъяснениями.
Поводок вновь привел меня в кабинет Нельсона Корна, где уже собрались его подчиненные, включая Йена, Жольда, Грегори Илджа, его коллегу-некроса Хьюго Роша и даже Грэга Эрроуза, которого я легко узнал по ауре. Видимо, случилось что-то серьезное, раз шеф пригласил на совещание начальников всех сыскных участков столицы. Но зачем ему опять понадобился я?
— Альтис Шоттик нашелся, — хмуро сообщил Корн, стоило мне войти в кабинет и занять последнее свободное место.
Йен и Жольд озадаченно переглянулись, а я удивленно хмыкнул.
Надо же, живой… я то только на второй день вспомнил, что светлый паскудник остался валяться на темной стороне без присмотра. Мне поначалу было не до него, но потом я, разумеется, сходил на холм. Проверил. И, не найдя безумца на кладбище, решил, что его попросту съели. Или же затоптали, пока там резвился Слепой Поводырь.
А оно вон как. Выходит, мерзавец выбрался?
— Где? — только и спросил Йен, когда в кабинете воцарилось гнетущее молчание.
Корн выразительно покосился на Эрроуза.
— У меня на участке объявился, — сообщил тот. — Вчера утром. Сразу после пересменки вашего сотрудника привели ребята с городских ворот и сообщили, что дело по нашей части.
— И… что с ним? — нерешительно уточнил Жольд, ощутимо напрягшись.






