ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Встреча с цесаревичем Николаем Романовым и его спасение от смерти коренным образом меняют жизнь Ермака: юнкерское училище, первое офицерское звание, награда из рук императорской четы. Потомственный дворянин и Георгиевский кавалер Аленин-Зейский получает доступ в высший свет. Новые знакомства, новая любовь и новое назначение. Юный хорунжий Тимофей Аленин становится начальником телохранителей наместника Дальнего Востока — его императорского высочества государя наследника Николая Александровича. Перед Ермаком встает главный вопрос — вызваны ли эти изменения истории его действиями, или всё же он попал в параллельный мир?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Начинайте, Тимофей, а то солнце припекать начало.

— Слушаюсь, Ваше высокопревосходительство. — Я чуть переступил с ноги на ногу, ещё больше вытягиваясь во фрунт.

— Ваше Императорское Высочество, вам со свитой лучше пройти вперёд и вправо шагов шестьдесят. Вон туда, к началу ограждения стрельбища, — я вытянутой рукой показал направление движения и конечную точку перемещения. — С того места Вам будет хорошо видно и прохождение полосы препятствий и стрельбу. А есаул Вершинин может направить двух атаманцев на линию огня, для контроля стрельбы учениками казачьей школы.

— Хорошо, Тимофей. Пойдёмте, господа.

Цесаревич двинулся к указанному мною месту. За ним потянулась свита. Проходящий мимо меня есаул Вершини, сверкнул из-под бровей голубыми глазищами и благодарно кивнул головой.

Я вернулся к застывшему строю отряда и дал команду: "Слезай". Казачата спешились и, застыв, вопросительно уставились на меня.

— Лис, Тур, Леший, Шило, Сава и Сыч, вы парами идёте по полосе. Следующая пара стартует, досчитав до ста пятидесяти. Не торопитесь. Основная задача пройти препятствия чисто, без срывов и падений. Кто промажет по мишени — тому дополнительно четыре часа занятий на прицельном станке! Стреляйте по ближним чурбакам на 200 шагов. В дальние чурбаки, на 300 шагов разрешаю стрелять только Туру и Лешему. Всё понятно!

Дождавшись ответных кивков шести казачат, я продолжил.

— Дан, с остальными, вон там, — я указал на незанятую народом площадку метрах в двадцати от начала полосы, — из лошадей составите "вагенбург", а то нашу коновязь заняли. Потом в две шеренги строитесь на линии старта "тропы разведчика". Всё! Время! Разойдись!

Отдав команду, пошёл к атаману Савину, старейшинам и видным казакам округа, которые небольшой кучкой стояли метрах в десяти от нашего строя. Краем глаза, отдавая команды казачатам, видел, как Савин старался незаметно для цесаревича и свиты подозвать меня к себе.

— Господин атаман, — обратился я к Савину, подойдя к казакам.

— Что там, Тимофей? Что Государь Наследник говорит? Не томи! — атаман, тяжело вздохнув, снял фуражку и вытер рукавом пот со лба.

— Всё хорошо, Иван Митрофанович. Его Императорское Высочество дало согласие посмотреть все наши выступления.

— Хорошо ему. Мы тут все извелись, а он спокойно с самим Государем Наследником разговаривает, да с генералами. Я слова все забыл, которые неделю учил, когда цесаревичу хлеб-соль вручал, а он десять минут чего-то рассказывал! — Атаман повторно вытер пот со лба. — А кто второй то генерал в свите да контр-адмирал? Генерал-губернатора Корфа мы знаем.

— Его высокопревосходительство, генерал-майор Свиты Его Величества князь Барятинский — начальник императорской охоты, обер-егермейстер Высочайшего двора и личный друг императора Александра III.