ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Встреча с цесаревичем Николаем Романовым и его спасение от смерти коренным образом меняют жизнь Ермака: юнкерское училище, первое офицерское звание, награда из рук императорской четы. Потомственный дворянин и Георгиевский кавалер Аленин-Зейский получает доступ в высший свет. Новые знакомства, новая любовь и новое назначение. Юный хорунжий Тимофей Аленин становится начальником телохранителей наместника Дальнего Востока — его императорского высочества государя наследника Николая Александровича. Перед Ермаком встает главный вопрос — вызваны ли эти изменения истории его действиями, или всё же он попал в параллельный мир?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как мне было известно от графа Воронцова-Дашкова, он вернее всего, заменит барона Корфа. По последним сведениям, здоровье дедушки оставляло желать лучшего. Ранение сказалось. Пока же Сергей Михайлович был старшим свиты Наместника. И к нему и к барону Корфу у меня были пакеты, запечатанные личной печатью императора. Илларион Иванович ещё раз довёл до меня, что в них содержится указание не чинить мне препятствий и оказывать полное содействие в личной и секретной охране цесаревича. Такое вот высокое доверие со стороны императора. Мне вспомнилась последняя встреча с Александром Третьим перед отъездом и его слова.

— Тимофей Васильевич, думаете — зачем мне нужен в окружении Ники человек, который показал, что я ему могу полностью доверять?

Вопрос был настолько неожиданным, что я даже не оценил с ходу сказанное Государем — "человек, который показал, что я ему могу полностью доверять". А это было личное доверие императора — одна из высших оценок в Российской империи. Данная оценка дороже любых званий и орденов.

— Молчите? Правильно! Слишком мало у Вас информации. Личная охрана Николая — основная Ваша задача, Тимофей Васильевич. Я Вас очень прошу, сохраните мне сына!

— Слушаюсь, Ваше Императорское Величество.

— Есть ещё одна задача. Постарайтесь всё-таки установить, кто совершил предыдущее покушение на Ники. Я понимаю, что это несколько глупо просить. Целая комиссия из ведущих сыщиков и следователей министерства внутренних дел не выяснила. Но Ваше умение видеть в обыденности новое, заставляет меня надеяться на успех и в этом направлении Вашей деятельности.

— Слушаюсь, Ваше Императорское Величество, — ответил я, а про себя подумал: "Такими темпами мой девиз "Жертвенность и храбрость" очень скоро будет высечен не только на гербе, но и на могильной плите".

От воспоминаний меня отвлёк цесаревич.

— О чём задумались, Тимофей Васильевич? Близких вспомнили?

— Да, Ваше Императорское Высочество. Почти два года в станице не был. Как они там?

— Скоро увидите.

— Это так. Где-то, через час прибудем к станице.

— Куда планируете взять свой десяток казачат. Точнее уже казаков лейб-гвардии.

— Ещё не решил, Ваше Императорское Высочество. Всё будет зависеть от того, каков будет набор казаков в остальные три взвода конвоя и тех, кого предложат в секретные агенты. После отбора, экзаменов и буду решать.

— С Николаем Павловичем это обсуждали.

— Обязательно. Он полностью меня поддержал в этом вопросе, — несколько покривил я душой.

С Головачевым у меня сложились прекрасные отношения начальник-подчинённый. Но вот по вопросам комплектования конвоя, секретной части и методики их обучения, иногда доходило до ора. Мои нововведения из будущего он принимал с трудом. Что уж говорить об остальных кубанцах-конвойцах.