ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Добро пожаловать в Город Драконов! Город, в который очень сложно попасть, но еще сложнее — вырваться из его железных когтей. Город, хранящий тайны, способные потрясти основы цивилизации. Тайны, что веками покоились во тьме забвения. Тайны, которым, возможно, было бы лучше никогда не видеть света. Ученица профессора Стентона прибывает в Вестернадан не по своей воле и сразу сталкивается с шокирующим преступлением — в горах, по дороге в свой новый дом, она обнаруживает тело девушки, убитой с нечеловеческой жестокостью. Кто мог совершить столь ужасное преступление? Почему полиция мгновенно закрыла дело, фактически обвинив саму мисс Ваерти в убийстве? И почему мэр города лорд Арнел, на которого указывают все косвенные улики, ничего не помнит о той ночи, когда погибла его невеста? Мисс Анабель Ваерти начинает собственное расследование.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Просто ранее я видела Вильгельма лишь на фотографиях на первых полосах газет, но… сомневаюсь, что фотографии могли настолько врать, а значит, хуже императору стало не так давно.

И неудивительно, что вся общественность весьма скептически относилась к его способности продолжить императорский род — Вильгельм пребывал во втором браке, но его дородная статная императрица едва ли выглядела беременной, и в обществе уже ходили разговоры, что и этот супружеский союз не принесет империи наследника.

Существенным контрастом по сравнению с братом был сам герцог Карио. Высокий, сильный, тренированный мужчина с хищными чертами лица и непримиримым характером смотрелся бы на престоле значительно уместнее брата, если бы не одно «но» — герцог был бастардом. Бастардом, которого признал брат, но не признал отец. А потому возвышенный, обласканный званиями, землями и богатством Коршун Карио при всем своем желании не мог сесть на престол, ни он, ни один из его многочисленных потомков. А детей у герцога было изрядно — шесть браков, в каждом не менее трех отпрысков.

— Он меня бесит, — внезапно признался лорд Давернетти.

— Герцог? — уточнила я, хотя уточнять смысла не было.

— Что-то практически на подсознательном уровне, — кивнул полицейский. — Но могу вас порадовать — он явно не брал ваше столовое серебро.

Мог бы и не говорить — это было очевидно. Карио прибыл на вороном коне улучшенной породы, в мундире, который сидел на нем как влитой, не обременяя себя такими «условностями», как шапка, плащ с капюшоном, да даже теплая куртка на крайний случай. Казалось, герцогу не страшны никакие снег, холод и мороз. Он подъехал ко второй карете кортежа и помог выйти герцогине Карио — бедняжка была на последних сроках беременности и, по сути, имела право вовсе не выходить в свет, но на ней присутствовало даже платье с корсетом, а жестокое выражение на лице супруга едва ли позволяло молить о пощаде.

— Вы с такой жалостью смотрите на герцогиню, — заметил лорд Давернетти.

— Ее поистине жаль, — вздохнула я.

— Вы даже не способны представить насколько, — совершенно невесело усмехнулся полицейский, — нам с Коршуном довелось обучаться в одном учебном заведении… Уже тогда у императора имелись причины не признавать незаконнорожденного сына.

Я удивленно посмотрела на Давернетти.

— Не спрашивайте, — сказал он, — леди не пристало знать о подобных вещах.

— Но я не леди, — напомнила очевидное.

— Еще нет. — Он взял мою ладонь, поднес к губам, прижался к моим похолодевшим пальцам и глядя мне в глаза, прошептал: — Но уже очень скоро…

— Не заставляйте меня делать вам больно, — практически попросила я.

Давернетти усмехнулся и вдруг произнес:

— Если она начнет рожать…

Он мог не продолжать, я все поняла сразу.