Тут-то и прихожу я. Я занимаюсь урегулированием претензий, а это значит — хотя никто не говорит этого вслух, — что я должен снизить сумму выплат по договору. Иногда я так и делаю, но открою секрет — я всегда начинаю на стороне истца. Если, конечно, не вижу причин этого не делать.
Штаб-квартира «Оверленд» на Среднем Западе находится на окраине Чикаго, в том месте, которое папа называл Страховой аллеей. В те дни, когда он ездил на работу, оттуда до Сентри было всего сорок минут езды, а при интенсивном движении — час. В одном этом офисе работало по меньшей мере сто специалистов по урегулированию претензий, и однажды в сентябре 2008-го у нас появился один из агентов, с которыми он раньше работал. Его звали Линдси Франклин, а папа называл его Линди. Это было ближе к вечеру, когда я сидел за кухонным столом и делал уроки.
Начало того дня было незабываемо дерьмовым. В доме все еще воняло дымом, хотя я опрыскал все освежителем. Папа решил приготовить на завтрак омлет. Бог знает, почему он встал в шесть утра или почему решил, что мне нужен омлет, но в итоге он побрел в ванную или к телевизору, забыв о том, что было на плите. Без сомнения, он еще не отошел от выпитого накануне. Я проснулся от воя детектора дыма, побежал в трусах на кухню и обнаружил, что ее заволокло дымом. На сковороде шипело нечто, похожее на обугленную деревяшку. Я соскреб его в мусорку и приготовил себе «Эппл Джек». На папе все еще был фартук, что выглядело по-дурацки. Он пытался извиняться, и я пробурчал что-то невнятное, просто чтобы он замолчал. Что я помню о тех неделях и месяцах, так это то, что он всегда пытался извиняться и это сводило меня с ума.
Но это оказался и незабываемо хороший день, один из лучших — из-за того, что случилось тогда. Вы, наверное, хотите, чтобы я скорее двигался вперед, но я все равно расскажу об этом, потому что никогда не переставал любить своего отца, даже когда он меня бесил, и эта часть истории делает меня счастливым.
Линди Франклин тоже работал на «Оверленд» и тоже был раньше алкоголиком. Он не относился к тем страховым расследователям, что были дружны с моим отцом — должно быть, потому, что Линди никогда не заходил с ними после работы в таверну Даффи. Но он знал, почему мой отец потерял работу, и решил что-то с этим сделать — по крайней мере, попытаться. Поэтому он сделал то, что, как я узнал позже, называется «визитом Двенадцатой ступени» [13]
. У него было назначено несколько встреч по претензиям в нашем городке, и сразу после их окончания он решил заехать к нам. Позже он сказал, что чуть не передумал, потому что у него не было спутника (выздоравливающие алкоголики обычно отправляются на «Двенадцатую ступень» вдвоем, наподобие мормонов), но потом послал все к черту и нашел наш адрес у себя в телефоне.






