ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В расцвете Китайской Культурной революции у могущественного генерала рождаются два сына: Тан — в законном браке, а Шенто — от любовницы. Братья растут, не подозревая о существовании друг друга. Хотя их дороги такие разные, оба брата неизменно идут к поставленной цели. Один хочет прославить своего отца, другой — его уничтожить. Разделенные расстоянием и возможностями, Тан и Шенто следуют своей судьбе до тех пор, пока их пути, наконец, не пересекутся… Да Чен БРАТЬЯ Посвящается моему отцу и дяде — Вен Ян Чену. Двум братьям, разделенным сорокалетней холодной войной. ГЛАВА 1 1960 БАЛАН, ЮГО-ЗАПАДНЫЙ КИТАЙ Чтобы поведать вам историю своего рождения, начинать, очевидно, придется с конца, который, по сути, и стал моим началом. Я родился дважды. Первый раз, когда прошел через родовые каналы моей матери, а второй — когда меня нашел и спас старый доктор. Женщина, предназначением которой было дать мне жизнь, фактически пыталась совершить обратное: покончить с собой и одновременно со мной, еще неродившимся. Она бросилась с утеса как раз в тот момент, когда я появился на свет божий. Остается только гадать, почему она решилась на самоубийство, когда малыш должен был вот-вот появиться на свет. Я успел выскользнуть из ее утробы во время этого ужасного падения, до того как несчастная разбилась. Мне до сих пор ясно представляется ее падение с утеса, освобождающее от содеянных грехов и обременительной ответственности, особенно ее волосы, развевающиеся на ветру, в то время как она стремительно несется вниз. Но случилось непредвиденное, наверное, вмешалось провидение. Я, только что появившийся младенец, связанный пуповиной с матерью, зацепился за раскидистую виноградную лозу и мягко приземлился на ветви растущего под ней чайного дерева у самого подножия пещеры. За одну секунду, длиною в целую жизнь, пуповина порвалась, и я застрял между двумя переплетенными ветвями, а потом испустил душера

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Рука об руку молодые китайцы сидели на холодной земле, задремав посреди вчерашнего мусора. Им снилась еда, которой у них не было. Сложившись в позе эмбрионов, студенты не желали распрямляться; глаза их ввалились от донимающего чувства голода, которое не отпускало их ни на минуту. Это поколение, в отличие от их родителей, не привыкло слушать урчание пустых животов. У них всегда было больше еды и меньше забот. Они выросли в благополучных семьях, где единственный ребенок являлся повелителем в своем домашнем королевстве. И теперь они держали голодовку. Они пили только воду, чтобы жить и быть начеку.

В первую ночь я избежал поимки, применив тактику партизан Мао: все время двигался от группы к группе, беседовал с лидерами, говорил одобрительные слова.

На следующее утро на северном краю площади произошла стычка. Кучка студентов университета международных отношений пыталась помешать охранникам гарнизона, которые хотели поднять флаг. Солдат ударил одного из них прикладом и разбил голову в кровь.

— Есть здесь врач? — крикнул Лан Гаи в мегафон.

Прибежали четыре студента-медика; пока они бинтовали раненого, забастовщики оттеснили охрану от толпы. Впервые с момента создания Китайской Народной Республики на площади Тяньаньмэнь не был поднят красный флаг. Студенты ликовали, караул потерпел поражение.

Чуть позже прибыли врачи из Народной больницы, несколько машин «скорой помощи» и квалифицированные медсестры. Я пожал руку главному врачу и поблагодарил за заботу.

Днем подъехали еще грузовики с рабочими и служащими.

— Мы хотим сказать студентам, что мы с ними, — заявил председатель профсоюза металлургов. — Мы привезли достаточно молотков и серпов, чтобы вашим молодцам было чем обороняться, если солдаты снова посмеют тронуть вас.

К трем часам дня горожане смешались с бастующими, разносили студентам воду, звали помощь для тех, кто падал в обморок от жары. Самых ослабевших несли к машинам «скорой помощи», заставляли толпу расступиться, чтобы пропустить грузовики с водой. Матери и отцы Пекина склонялись над своими мужественными детьми, вытирали им пот, приносили воду, но при этом умоляли молодежь покинуть площадь и разойтись по домам. Многие из родителей предчувствовали беду. Но почему-то их поддержка и советы имели обратный эффект. Демонстранты только отрицательно качали головами.

В четыре затрещали правительственные громкоговорители.

— Мы обратили внимание, что за невинными студентами стоят зачинщики, вызывающие общественное недовольство. Мы снова советуем прекратить голодовку и покинуть площадь. Вас подставили, сбили с толку контрреволюционеры, настоящие враги страны, пытающиеся достичь своих целей. Молодые люди, вас ждет светлое будущее и долгий путь. Ведите себя осторожно и предусмотрительно.