Салли сперва решил, что девица Диди просто заснула, положив голову на колени Карла, но потом заметил, что изо рта ее, точно соска, торчит его вялый член.
– Правда, мило? – спросил Карл.
– Прелесть, – согласился Салли. – Надеюсь, ей не приснится кошмар.
– А уж я-то как надеюсь.
– Я еду домой, – сообщил Салли. – Я устал, а ты сейчас не в себе, с тобой разговаривать без толку.
– Так и есть, – не стал спорить Карл.
– Не ходи наверх, – сказал ему Салли.
– Лады, – ответил Карл.
– Я серьезно, – предупредил Салли.
– Сам знаю, что серьезно.
– Тогда не ходи.
Диди села, потерла глаза.
– Холодно, – сонно сказала она и вздрогнула. – Привет, Салли.
– Смотри, что ты наделал. – С этими словами Карл поднял стекло.
Салли хотел еще раз предупредить Карла, но слишком устал, чтобы просить его снова опустить стекло.
По дороге к Рубу случилась странная вещь. В голове у Салли крутились причудливые события этого дня, он пропустил поворот, проехал лишний квартал, свернул, но не сообразил, что ошибся, и в результате не мог понять, где очутился. Эта темная улица была ему явно знакома – улица города, где он прожил всю жизнь, – однако, несмотря на то что улица была знакомая, Салли понятия не имел, где он. Откуда на улице Руба взялись эти дома? И куда девался тот дом, который арендовали Руб и Бутси? Салли, прищурясь, вглядывался в темноте в каждый дом, мимо которого проезжал, уверенный, что дом Сквирзов вот-вот покажется и ощущение равновесия вернется к нему. Но дома все не было, и Салли остановился прямо посреди улицы и сидел, радуясь, что уже поздно, что рядом нет никого и никто его не увидит, что он избавлен от унизительной необходимости опускать стекло и спрашивать дорогу. В конце концов ему не оставалось ничего другого, как поехать обратно, Салли так и сделал и осознал свою ошибку, только когда вернулся на перекресток и увидел указатель с названием улицы. Минуту спустя он свернул на подъездную дорожку возле небольшого дома на две семьи, где жили Бутси и Руб, и трижды легонько и кратко нажал на клаксон: сигнал Рубу выйти за инструкциями на завтра. Бутси выпустили под залог, она позвонила сестре в Шуйлер, и ходили слухи, что из суда Бутси вышла очень злая. Салли не улыбалось столкнуться с нею сегодня вечером.
К счастью, в окне показалась круглая голова Руба, а через минуту он вышел из дома в нательной рубашке, ботинках с развязанными шнурками и забрался в “эль камино”, там было тепло. Руб отвернулся и не смотрел на Салли, пока в салоне не погас свет. Но Салли открыл свою дверцу, чтобы свет вновь зажегся, и увидел заплывший глаз Руба.
– Руб, Господи Иисусе, – сказал Салли и закрыл дверь.
Руб пожал плечами:
– А что я должен был делать? Бить женщин нехорошо.
– Поддаваться им тоже нехорошо, – справедливости ради заметил Салли.
– А я и не поддавался.






