Друзья, соратники, любовницы – их дружба, преданность и любовь эфемерны, они не выдерживают серьезных испытаний. Мать, отец, жена, дети – вот кто тебя может поддержать в трудную минуту!
И, помолчав, с грустной иронией добавил:
– Но лучше не рассчитывай ни на чью поддержку, держись сам.
Они выпили разбавленного, как положено, вина и заговорили о делах и службе.
– Ты помнишь своего центуриона Авла Луция? – спросил вдруг Крадок. – Он вернулся в Рим. Почти десять лет безупречной службы в провинции дают ему такое право. Хочет стать легатом [22]
… Я думаю, он это заслужил, и буду просить императора выполнить его желание…
Марк пожал плечами.
– Что ж… Он не сделал мне ничего плохого. Скорей это я виноват перед ним…
А на следующий день, на симпозиуме у трибуна преторианцев Герпиния, они столкнулись лицом к лицу: Марк и его бывший командир. Авл располнел, лицо избороздили глубокие морщины, волос стало меньше, зато загорелая лысина увеличилась. Луций был изрядно пьян и едва держался на ногах. Справедливости ради надо отметить, что и Марк был далеко не трезв.
Какое-то время они стояли, молча глядя друг на друга. Авл очнулся первым, широко улыбнулся и протянул бывшему подчиненному руку:
– Рад встрече, Марк. Я рад твоему возвышению: ты командуешь императорской гвардией, а я лишь претендую на должность легата… Кто бы мог подумать, что ты столь стремительно поднимешься по службе, да еще не выиграв ни одного сражения?! А как поживает прекрасная Варения? Говорят, она подарила тебе замечательных детишек? Наверное, они как две капли воды похожи на мать? Счастливчик!
Увидав, как побагровело лицо префекта, Авл Луций понял, что сболтнул лишнего, и поспешил завершить встречу:
– Ну, ладно, ладно. Я вижу, ты спешишь, не стану тебя задерживать. Если не возражаешь, я зайду к тебе в гости, ведь нам есть что вспомнить…
Наверное, Луций не придал значения своим словам, а может, и сразу же забыл их. Но Марка нескрываемая насмешка задела всерьез, и в тот же день он пересказал неприятный разговор тестю, присовокупив несколько реплик от себя.
Крадок помрачнел.
– Значит, он интересовался тем, как поживает моя «красавица дочь» и внуки, столь похожие на нее. И что же ты ему на это ответил?
– Я не успел, – потупился Марк. – Он затерялся среди гостей, а потом, видимо, ушел.
Префект Рима удивленно покрутил головой.
– На тебя это не похоже! Будь я молодым и окажись на твоем месте, поверь, этот негодяй никуда бы не скрылся. Ну, да ладно. Теперь я накажу его по-своему… Не видать ему ни Рима, ни легиона! Крадоки обид не прощают!
А вечером следующего дня Авл Луций, как и обещал, зашел к Марку в гости. Молодой раб нес за ним завернутый в чистую ткань увесистый предмет.
– Это кабанья нога! – дружески улыбаясь, сказал Авл.






