ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Впервые на русском один из знаковых романов мастера британского магического реализма, автора таких интеллектуальных бестселлеров, как «Зубная фея», «Курение мака», «Дом Утраченных Грез», «Скоро будет буря», «Правда жизни». Индиго — мифический цвет, недоступный человеческому глазу и сулящий, по легендам, невидимость. Но в сумеречном мире, где таинственный отец Джека Чемберса — царь и бог, индиго приводит к измене, наваждению, безумию. Узнав о смерти отца, богатого нью-йоркского арт-дилера с обширными эзотерическими интересами, лондонский судебный исполнитель Джек Чемберс не испытывает особых эмоций: он не виделся с отцом пятнадцать лет. Однако именно ему предстоит выступить исполнителем отцовского завещания; на первый взгляд — ничего сложного, но сумеречный мир уже готов распахнуть Джеку свои объятия..

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Он выглядит старше, — глупо сказал Джек.

— Да, он стал старше. На несколько недель.

Но больше Луизу беспокоило то, что старше стал выглядеть Джек. Вид у него был усталый. Он несколько раз чихнул, как будто сильно простудился. Глаза у него были воспаленные, в красных прожилках, хотя зрачки чистые, здоровые и блестели, почти неуловимо подергиваясь.

— Джек, я хочу поговорить с тобой о книге.

— О книге?

— Брось. Ты прекрасно понимаешь, какую книгу я имею в виду. Я знаю, чем ты занимался. Ты подсел на нее, как на наркотик, Джек.

— Он пишет правду.

— Знаю. Я сказала тебе это в самом начале.

— Я думал, это все чепуха, бред. Но это правда. Начинаешь видеть всякое.

— Как далеко ты зашел? Я хотела бы знать. Джек не успел ответить, зазвонил телефон. Луиза передала ему Билли и схватила трубку. Она повернулась спиной к Джеку и говорила то громко и оживленно, то тихо и осторожно. Потом надолго замолчала.

— Не бросай трубку, как в тот раз. Ты знаешь, что можешь попросить меня о чем угодно. О чем угодно.

Кто бы ни был на другом конце провода, непохоже было, чтобы он хотел разговаривать. Иногда Луиза переходила на ободряющий, нежно-сострадательный шепот. Потом прикрыла трубку ладонью и прошипела Джеку:

— Сколько у тебя денег при себе?

Джек проверил наличность.

— Около ста пятидесяти долларов.

Она кивнула и прожурчала в трубку:

— Я могу дать тебе пару сотен прямо сейчас. Конечно. Нет. Нет. Этого я делать не стану. Если ты дашь мне адрес. — Она что-то торопливо записала на клочке бумаги. — Я буду там через час. Не подведи меня. Не хочу одна бродить по улице. Знаю. Знаю, ты не станешь подвергать меня опасности.

Луиза положила трубку. Уже надевая пальто, сказала:

— Билли, будешь хорошим мальчиком и позволишь дяде Джеку искупать тебя, почитать сказку и уложить в кроватку? Мамочке нужно ненадолго выйти, но я очень скоро вернусь.

— Да. — У Билли не было вопросов.

Зато у Джека были.

— По какому поводу звонили?

— Где эти сто пятьдесят долларов?

Джек протянул деньги.

— Зачем они тебе?

— Я верну их тебе завтра же, утром. Сможешь управиться с Билли?

— Управлюсь, но я хотел…

— Я так рада, что ты здесь, Джек. — Она чмокнула его в лоб. — Так рада. — И выскочила из квартиры.

— Ушла. — сказал Билли Джеку. — Ушла.

— Когда это ты начал говорить? — удивился Джек.

Луиза отсутствовала почти три часа. А когда вернулась, вид у нее был подавленный и измученный. Джек сидел в полутемной комнате, слушал тихие жалобы Мадди Уотерса.[25] Прежде чем что-то сказать Джеку, Луиза заглянула к Билли.

— Он у тебя уснул! Ты справляешься лучше меня.

Джек пожал плечами. Луиза посмотрела на пустую бутылку «макаллана» на столе.

— Вижу, ты прикончил мой лучший виски. И наверняка выпил бы еще.

— Сейчас узнаешь, что у меня всегда с собой.