ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Никита и Василиса знакомы с самого детства и… ненавидят друг друга. Он – восходящая звезда спорта, а она хочет играть в высшей лиге. Но когда мечты Василисы о профессиональном баскетболе начинают рушиться, а карьера Никиты оказывается под угрозой, все меняет необычное пари. Теперь Василиса и Никита – друзья поневоле, пока Василиса не получит приглашение в высшую лигу, а Никита не сдаст экзамен. Смогут ли они не проиграть, когда на кону не только будущее, но и их сердца? Для широкого круга читателей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Ничего, – буркнула Василиса, и на ходу бросила: – Спроси у своей

подружки

, кто оставлял сообщения в группе.

И развернувшись, побежала по коридору.

– Вася! – крикнул ей вслед Никита.

Он с оттолкнул Титову и, слыша вслед ее недовольное шипение, бросился за Василисой, но та уже скрылась в толпе. Никита разочарованно замер.

Цоканье каблуков возвестило о том, кто к нему приближается.

– Чего тебе еще? – простонал он, поворачиваясь.

– Проводишь? – спросила Титова, засовывая кисточку в тюбик с блеском для губ.

– Отстань от меня, Наташ, – взмолился Никита. – Вернись уже к своему студенту и отвянь окончательно.

– Кит, зачем ты так? – нахмурилась та.

– Кстати, Василиса сказала, что это у тебя нужно спросить, кто писал сообщения в группе.

– В какой группе? – захлопала ресницами Наташа.

– Не строй из себя идиотку, ты прекрасно знаешь в какой. В твоей любимой, в группе нашей школы.

– О, это она наверное про новые посты о нас с тобой! Понимаешь, Кит, люди просто

требуют

нашего воссоединения…

– Не слишком ли много таких сообщений? – с подозрением спросил он.

– Это голос общественности.

– Надо же, посмотреть на тебя, так сама невинность.

– Я пойду, там такси приехало…

Она попыталась проскользнуть мимо Никиты, но тот поймал ее за руку.

– Титова. Что ты знаешь о том, кто пишет посты?

– Да люди пишут, это и дураку понятно.

– А про моего отца?

Она поперхнулась, начала вырываться. Никите пришлось разжать пальцы. Титова стала демонстративно растирать запястье, но он был уверен, что не сделал ей больно.

– Наташ, я тебя знаю как облупленную. Скажи правду.

– Какую правду ты хочешь услышать? – ее губы затряслись.

– Ты знаешь, кто написал про моего отца?

– Да, – хрипло ответила она.

– А про Василису?

– Конечно, – выплюнула та.

– И про нас с тобой?

Наташа всхлипнула. Попыталась зарыдать, но не вышло. Тогда она зло вытерла единственную слезу, выкатившуюся из ее глаз, и в упор уставилась на Никиту. Теперь она не выглядела тем нежным цветком, которым пыталась казаться. Он знал разную Титову – и всем довольную, мягкую, как одуванчик, и раздраженную, стервозную, жесткую, как наждачная бумага. Сейчас появилось нечто иное.

– Ты должен был быть со мной, а не с этой курицей долговязой! Вы друг другу совершенно не подходите.

– Твоего совета забыл спросить. Ты у нас кто, чтобы решения за других людей принимать?

– Единственный человек, у которого мозги на месте.

– И ты не придумала ничего лучше, чем писать про меня и мою семью всякие гадости в группе? Гениальная идея! Поздравляю, если ты рассчитывала получить за нее всемирную премию за тупость, тебе все удалось.